Радио Мураками

На днях, когда я наводил порядок в шкафу, обнаружилось, что я — счастливый обладатель по крайней мере пяти костюмов. И никак не меньше чем двадцати галстуков. Однако если память мне не изменяет, то за последние три года я надевал костюм от силы один раз, а галстук… ну, сколько раз в году я повязываю галстук? Так зачем, спрашивается, мне эти пять костюмов?

Между прочим, вопрос совсем не так прост.

Все-таки как ни крути, а я — взрослый человек и сознательный член общества, и здравый смысл подсказывает мне, что на всякий случай надо иметь про запас хотя бы по одному костюму на каждое время года. К тому же, сколько бы я ни зарекался, мол, «да я ни в жизнь такое не надену!», совсем не носить костюмы не получается — по роду занятий.

Пока я на эту тему размышлял, в голове всплыло (я-то умудрился совсем про это забыть), что в тот год, когда мне исполнилось сорок, я твердо себе сказал: «Всё, ты уже не мальчик, ты должен выглядеть солидно и жить тоже солидно». Поэтому я сшил на заказ пару-тройку костюмов и прикупил несколько пар кожаных туфель. В то время я жил в Риме и мог за разумную цену приобрести приличную одежду, к тому же и мест для «выхода в свет» в новой одежде было предостаточно. В Италии, если ты не одет с иголочки, то в ресторане тебя обязательно посадят черт знает куда. Пожалуй, это одна из тех стран, где о человеке судят по одежде, а, скажем, его характер, мастерство или реальный уровень благосостояния не имеют, как правило, особого значения. Самое главное — как ты выглядишь. Поэтому все одеваются очень тщательно и продуманно. И я бы не стал безоговорочно осуждать такое поведение — есть в нем какая-то своя правда…

Но, вернувшись в Японию, я, как и раньше, стал ходить исключительно в джинсах и кедах, костюмы, галстуки и кожаные туфли были заброшены, а вскоре и окончательно позабыты.

И основная проблема заключается именно в этом.

Я так думаю, что наша человеческая сущность — то, что делает нас самими собою, — почти не меняется с возрастом. Вот мы вдруг почуяли рядом что-то новое и твердо решили, что с сегодняшнего дня изменимся, станем другими; но как только это «новое» уходит, то большинство из нас ведут себя как предметы из специального полимера с эффектом памяти формы, ну или как черепаха, которая все пятится назад, пока не залезет поглубже в свою нору: понемногу, хотим мы того или не хотим, происходит откат и мы возвращаемся к первоначальному своему состоянию. Так что наши попытки измениться — это в конечном итоге не что иное, как пустая трата жизненной энергии…

Я стою перед раскрытым шкафом, гляжу на ни разу не надеванные костюмы и девственные галстуки, и все эти мысли проносятся в моей голове одна за другой.

И наоборот, иногда мы думаем: «А зачем меняться-то? И так вроде хорошо», а потом — бац! — и совершенно непонятным образом меняемся. Уму непостижимо.

Кстати, из всех своих костюмов я отчетливей всего помню хлопковый оливкового цвета, в котором лет двадцать назад [1] получал премию Гундзо для начинающих писателей. В те времена у меня в гардеробе костюмов не водилось, так что я специально поехал в Аояму [2], в магазин готовой одежды «VAN», и в отделе распродаж приобрел обновку. Костюм этот я надел в сочетании с самыми банальными белыми кедами. Тогда мне казалось, что вот теперь-то начнется совсем новая жизнь…

«Ну и как, началась?» — спросите вы.

«Ну… можно сказать, что началась. Да, определенно началась».

«А так посмотришь, вроде такая же, как и раньше», — скажете вы.

Тогда я тоже посмотрю и подумаю: «Ну да. Такая же».

И объяснить все это словами очень трудно.

Я сходил на фильм Вима Вендерса «Клуб „Буэна Виста“». Наверное, дополнительных объяснений не требуется, но тем не менее напомню: это документальная лента, повествующая о том, как американский музыкант Рай Кудер отыскивает на Кубе легендарных, но давно забытых музыкантов, записывает с ними альбом и, возродив в них угасший было пыл, успешно гастролирует с «Клубом…» в США. Музыканты — герои фильма — все как один прекрасны, музыка — пробирает почти до дрожи. В итоге фильм меня, можно сказать, захватил.

Даром что как раз накануне просмотра мы переезжали на новую квартиру и я на своем горбу перетаскал никак не меньше сотни ящиков (да у меня только старых виниловых пластинок шесть тысяч штук!) — так что мое усталое тело больше смахивало на наволочку со старым тряпьем. Я опустился в кресло, и ноги мои тут же обмякли, и я подумал, что встать теперь вряд ли получится. Пока стоишь или ходишь — вроде ничего, но только присел, усталость вдруг накрывает тебя с головой… Знакомое чувство, правда?