Раб

Описываемые события вымышлены. Совпадения случайны.

«Бойся обидеть, кого бы то ни было, ибо человек забывает свои обиды не раньше, чем отомстит за них».

(Антуан де Сент-Экзюпери)

ЧАСТЬ 1

Глава 1

1

Джип Ниссан «Патруль» не первой свежести нёсся по Северо-Восточному шоссе, вцепившись в мокрый асфальт широкими шинами.

На переднем сидении, рядом с водителем, покачиваясь из стороны в сторону, сидел высокий молодой мужчина тридцати лет, с серыми смеющимися глазами. Хорош собой и опрятен. Одет в дорогую серую куртку. Синие плотные джинсы обтягивали крепкие бёдра. Светлая в мелкую клетку сорочка отутюжена. На ногах тёмно-синие кроссовки с тремя жёлтыми полосками. Средних размеров чёрная сумка покоилась на заднем сидении джипа.

Звали мужчину Андрей Викторович Краснов.

Заняв около года назад пост главного инженера фабрики, в данный момент он направлялся из Петропавловска-Камчатского в аэропорт города Елизово, для отбытия в командировку.

К таким высотам в карьере Андрей Викторович никогда не стремился. Не честолюбивый по натуре, он не строил далёких планов и довольствовался должностью старшего цехового механика. Обязанности исполнял со свойственными ему ответственностью и творческим подходом.

Но так сложились обстоятельства, что теперь уже бывший главный инженер фабрики Валерий Антонович – хороший, но уж больно мягкий и ранимый по характеру человек, всё воспринимал близко к сердцу. Переживая по каждому пустяку, нервы Валерий Антонович успокаивал никотином. Выкуривая по две, а то и по две с половиной пачки сигарет в день, он, в конце концов, подучил рак лёгких и умер. Главный механик фабрики, а вслед за ним и главный технолог, от предложения директора занять пост главного инженера отказались, и выбор пал на Краснова.

Андрей воспринял эту жизненную перемену спокойно и приступил к обязанностям без суеты, в полной уверенности, что скоро на эту должность подыщут более достойную кандидатуру. Но проработав год в качестве ИО он, к своему удивлению, получил от директора предложение занять должность главного инженера фабрики постоянно.

Не обошлось и без ложки дёгтя.

Взбрыкнула жена. Причиной послужила обыкновенная бабья ревность, подогреваемая тёщиными нашёптываниями из-за плеча. После каждой командировки, она закатывала Андрею громкие продолжительные скандалы. «Знаю я эти ваши командировки! Лишь бы от меня подальше, да по чужим бабам шляться! Ты перестал обращать на меня внимание! Тебе работа важнее меня! Ты меня не любишь! Ах, почему я не послушала маму!». И так далее. Два раза жена наведывалась в профсоюзный комитет. Потом устроила скандал прямо в кабинете директора.

По фабрике поползли сплетни и слухи.

– Это не дело. Решай. – Директор был немногословен и прав. На кону стояли авторитет Андрея и его будущее. Пётр Евгеньевич (так завали директора), являлся человеком далеко не молодым (от пенсии его отделяли пять лет) и, положив всю сознательную жизнь на дело процветания фабрики, к вопросу о приемнике относился очень серьёзно. Будучи отцом двух дочерей, Андрея он полюбил, как сына и никого другого на посту директора фабрики после себя не видел.

Исчерпав все доводы, спустя восемь месяцев, Андрей предложил жене развестись. Жена, после совещания с мамой согласилась, но поставила одно условие – квартира останется за ней. Андрей возражать не стал, и всё уладилось без проволочек. Прожив месяц в комнате фабричного общежития, он получил от предприятия однокомнатную квартиру, и жизнь потекла спокойно и размеренно.

Фабрика занималось производством жестяной тары для консервирования морепродуктов, и являлась одной из четырёх, имеющихся в стране. Три находились на Дальнем Востоке, четвёртая в Калининградской области.

Должность руководителя первого звена – это не только высокий оклад и льготы, но ещё и напряжённый, изматывающий, не дающий расслабиться ни на минуту труд. И с изменением политической обстановки в стране, напряжение возросло в разы. Предприятия оказались предоставлены сами себе. Их выживание стало только их заботой, и каждый заработанный рубль давался высокой ценой. Вся ответственность легла на плечи руководящего состава. Андрей знал людей, которые, не выдержав сумасшедших нагрузок, срывались и летели вниз по служебной лестнице в разы быстрее, чем поднимались по ней.

– Да, у нас нет выходных! Да, мы горим на работе, безвозвратно оставляя здесь своё здоровье, и всем нам известно, что никакие оклады, даже самые развысокие не смогут компенсировать эти потери. Но честь мундира – превыше всего! – Так любил говорить Пётр Евгеньевич, и был прав. По этому, среди директоров трёх Дальневосточных Фабрик сложилась негласная договорённость о следующем.