Пять свиданий (СИ)

Ну и видок. Угораздило же меня согласиться на Хэллоуиновскую вечеринку. Теперь ещё тащиться после работы за город в этом костюме… В нём я похожа на путану! Хорошо хоть вечеринка маскарадная и лишние глаза не признают меня за этим нарядом. Ну не умею я составлять образы, ей богу, чтобы они выходили игривыми и сексуальными, как это принято у других девушек.

Помимо того, что волосы зачесала как внебрачная дочь Эйнштейна, хотя планировалась ведьмачья взъерошенность, так ещё и платье оказалось короче, чем хотелось бы, а это вкупе с колготками в крупную сетку. Одним словом — катастрофа.

Ни за что бы не вышла так в люди светить ягодицами, если бы не нашла чёрную мантию, которой смогла прикрыться. Она осталась от наряда с прошлого Хэллоуина, когда я изображала ученицу Гриффиндора. Содрала герб факультета и всё — самая обычная мантия.

Маску я забросила на переднее сидение, а сама села за руль и пристегнулась, громко вздохнув перед предстоящей поездкой, которая обещала быть долгой и мучительной. А как иначе вечером в праздник выехать из мегаполиса за город? Если я за что-то терпеть не могла Москву, то за бесконечные пробки. Хотя выбираться из зоны комфорта не люблю ещё больше, а она у меня ограничивается домом и работой. Подруга подловила меня в приподнятом настроении и я погорячившись согласилась на участие в этом мероприятии. Как правило, я бы отказалась, скинув на обилие работы, усталость и общий загруз по жизни, но назад уже не сдать. Что поделать, придётся ехать.

Арендованный коттедж было нетрудно узнать: музыка слышалась ещё на подъезде, а машин вокруг здания не сосчитать. Кое-как припарковавшись, я нацепила на лицо маску и неуверенно зашагала к входу. Коленки затряслись от движухи так, что я даже подвернула ногу на крыльце. А может всё дело в высоких каблуках, которые я нечасто обуваю?

После звонка в дверь мне сразу открыли со словами:

— Открыто тут.

А мне почём знать, заперто или нет. Всё-таки приходя в гости стоит стучаться, ну, или нервно тыкать в кнопку звонка, как в моём случае.

Пробежавшись глазами по первому этажу, я не могла не отметить, что Диана постаралась на славу. Подруга оформила свою вечеринку по западному, щедро украсив помещение паутиной, огоньками и тыквами. Разве что музыка играла отечественная, понятная и близкая всем присутствующим, чтобы никто не оставался в стороне, а веселился с остальными гостями.

Только мне было не весело, а скорее неуютно. Я почти никого здесь не знала, а если и знала, то как бы узнала за масками? Стоило отыскать Диану или хотя бы её младшую сестру Вику. Мы, конечно, с ней не подруги, но ради своей старшей сестры она всегда вела себя мило с её гостями.

Пока я обыскивала глазами помещение, из-за спины ко мне выскочил невысокий шустрый парень.

— А ты кто? — спросил он улыбчиво. Губы и щетинистая борода — всё, что я могла разглядеть за маской енота.

— Что? — не расслышала я от неожиданности и гремящей музыки.

— Я спросил: ты кто? — повторил он громче и прямо мне в ухо.

— Я, ну, Вероника. — Ответила взволнованным голосом. В голове промелькнуло, что я, возможно, ошиблась домом, не зря же Дианы не нахожу, и сейчас меня с позором выдворят.

— Я не о том. Сегодня ты кто? — ещё шире заулыбался парень, указывая на мой костюм.

— А… — смущенно усмехнулась. — Наполовину Гермиона Грейнджер, на половину (хотелось сказать шлюшка, но передумала) Эйнштейн.

— Прическа похожа, — подтвердил мой случайный собеседник. — Она у тебя всегда такая?

— Нет, конечно же нет, — я прям удивилась. Как вообще можно было такое предположить? Кто в здравом уме станет начёсывать и лакировать себе такое гнездо?

— Как скажешь. Выпьем? Заодно расскажешь мне теорию относительности.

— Вообще я не планировала пить… хотя, знаешь, ладно.

— Ну и супер. Идём.

Если в холле и гостиной было свободно, то путь до кухни приходилось буквально продирать. Казалось, что большая часть гостей столпилась в узком проходе, что было и не удивительно, ведь если верить словам моего нового знакомого — там имелся алкоголь.

Аккуратно протискиваясь между ряженными людьми, я услышала как сменилась композиция на фоне:

«Малинки, Малинки, такие вечеринки, зеленые тропинки, где тихо и свежо!»

Дурацкая песня моей юности, но она завела толпу своей узнаваемостью, отчего народ начал бодрее двигаться, и протискиваться в кухню стало ещё сложнее.

Наконец-то мы добрались до барной стойки, где парень в маске енота сразу наполнил два бумажных стакана.

— Рассказывай, — протянул мне один из них.

— Теория относительности была впервые представлена Альбертом Эйнштейном в тысяча де…

— Что? — остановил меня. — Что ты несёшь?

— Ты же просил рассказать о теории относительности, — произнеся это, я осознала, какой дурой кажусь. — Это был предлог…

— Ага, чтоб выпить и познакомиться.

— Представься для начала, — улыбнулась я. — Я своё имя уже называла.

— Дима. А как тебя можно сокращённо звать, ну, чтоб не произносить каждый раз Ве-ро-ни-ка? — проговорил по слогам.

— Просто Ника.