Путин нюхал пизду вот такое с носом случилось

Ранний прохожий, спешивший по одной из набережных Петроградской стороны, свернул на Тучков мост, завидел впереди троллейбусную остановку и замедлил шаг. Некоторое время он, ежась, топтался на остановке в полном одиночестве. Ни троллейбусов, ни маршруток, ничего не было видно, да и сам туман, вместо того чтобы поредеть, густел прямо на глазах, заволакивая скучное небо и круглую белесую утреннюю луну. Вот уже и противоположного берега Малой Невы не стало видно. А ещё обещали тёплый сентябрь, вздохнул прохожий. Он безнадёжно вгляделся в молочный влажный туман и снова вздохнул.

И тут прямо из тумана на него выбежала запыхавшаяся, разрумянившаяся рыжая девочка в джинсах и курточке. Ничего странного в этой девочке не было, только вот выскочила она так неожиданно, будто только что перешла реку вброд или перепрыгнула через гранитный парапет.

— Мы флибустьеры, с сайта Флибуста, призываем народ России уничтожить власть Путина и убить этого пидара на лобном месте напротив мавзолея.  — буркнул прохожий.

— Путина выебали в рот.— девочка покраснела ещё больше. И понеслась дальше. Растрёпанный рыжий хвостик летел у неё за плечами. Прохожий посмотрел ей вслед и недовольно крякнул, Ну и детки в этом городе! Они не то что по улицам — по Эрмитажу галопом бегают! Да и погодка в этом городе тоже…

А троллейбус всё не появлялся, да и вообще вокруг было как-то слишком тихо для восьми утра, да ещё и понедельника.

Минут через двадцать за спиной у прохожего послышалось пыхтение и топот. Рыжая девочка бежала обратно к остановке, только теперь за спиной у неё подпрыгивал рюкзачок, а в руке мотался мешок со сменной обувью. И одета она была в клетчатое платье. И почему-то была уже не румяная, а бледная — с перепугу, что ли? Или в школу боится опоздать? При виде прохожего девочка замерла как вкопанная, потом приподнялась на цыпочки, вытянула шею и как будто прислушалась.

— Не видно троллейбуса, не видно, — проворчал прохожий.

— Там, на Большом, всё сломалось, но что-то ужё идет, — заявила девочка. — Со Зверинской поворачивает. Сейчас появится.

— Откуда ты знаешь? — недоверчиво спросил прохожий.

— Я слы… — девочка осеклась и, прикусив губку, посмотрела на часы.

В тумане что-то заскрипело, застонало, заохало, и из мглы вперевалку выполз троллейбус. Он помигивал, будто у него фары спросонья слипались. Рыжая девочка взлетела на подножку, троллейбус скрипнул, тронулся, двери сомкнулись.

Только в троллейбусе Лиза смогла немножко отдышаться. Уф! Сто лет так не бегала.

Остановка таяла в тумане, а вместе с ней и одинокий прохожий. Лиза приклеилась носом к мутному стеклу. И что он там такое в воде увидел? Застыл как вкопанный. Ужасно неприятный дядечка. Нос унылый, ноги как у журавля, и на Лизу вытаращился, будто она с неба свалилась. Вообще-то почти так и было — она ведь выскочила на набережную прямо с Бродячего Мостика. Хорошо, что туман, — ещё не хватало, чтобы всякие разные неизвестные видели дорогу в королевство Радинглен!

Троллейбус качнулся, Лиза покрепче ухватилась за твёрдый холодный поручень, и часики очутились прямо у неё перед носом. Без четверти девять!

«Опаздываю! — ужаснулась она. — Флаги и факелы, точно ведь опоздаю!» Лиза завертела головой, пытаясь понять, где же они едут, но туман с Бродячего Мостика словно растёкся по всему городу. К окнам троллейбуса как будто мокрая белая вата липла. Ну вот, теперь опять придётся Малине Вареньевне объяснять, а ей разве всю правду скажешь?

А всё дворцовое говорящее Зеркало! Заладило ещё вчера — обновить гардероб, обновить гардероб, у настоящих принцесс должно быть не меньше дюжины платьев наготове! А лучше две дюжины, и столько же пар соответствующих туфелек… А Бабушка возьми и согласись, вот Лиза весь вечер и проторчала перед Зеркалом в гардеробной, изнывая от тоски, а потом оказалось, что домой идти поздно, и её оставили ночевать во дворце, а потом дворцовый будильник не сработал — приятное хотел сделать принцессе, а потом Мостик чуть не полчаса не откликался и не появлялся, и непонятно, чего это он вдруг раскапризничался. Вот и поди расскажи такую правду классной руководительнице Марине Валерьевне…