Путешествие по Советской Армении

Мы начинаем путешествие по земле одной из цветущих республик нашего великого Союза.

Армения — страна древняя, культуре ее свыше двух тысяч лет. Материальными следами и древнейшими памятниками этой культуры полны ее долины и ущелья.

Но Армения и очень молодая страна, — ее социалистической культуре сейчас, когда я начинаю рассказ о ней, — весною 1950 года, — всего тридцать с лишним лет. Однако за это тридцатилетие для народного счастья сделано больше, чем за прошедшие две с лишним тысячи лет. Армянский народ, получивший от историков имя «многострадального», только после установления советской власти в Армении, с ноября 1920 года, стал полным хозяином и творцом своей жизни, смог зажить счастливо и полнокровно.

Трудно поспеть за живою жизнью нашей Советской страны! В самую минуту рассказа о ней уже стареет и отходит в прошлое многое такое, о чем ты говоришь в настоящем времени, и становится реальностью многое такое, о чем народ еще мечтал, как о будущем. Но, может быть, потому и особенно важна для нас эта трудная повесть про сегодняшний день, постоянно по-новому осмысляющий прошлое и постоянно несущий и рождающий будущее.

Книга делится на две части. В первой читатель получит общие сведения о Советской Армении, ее природе, климате, флоре, фауне, горах и реках; о жизни армянского народа в прошлом, об участии его в Великой Октябрьской революции, о защите им родины в годы Великой Отечественной войны, об истории социалистического строительства в Армении, об ее расцвете в наши дни. Во второй части дается (по мере сил и возможностей автора) более полное и конкретное описание наиболее характерных районов Армении во всех особенностях их географического, хозяйственного и культурного облика.

Поезд из Тбилиси в Ереван отправляется обычно поздно вечером. Пассажир переходит из одного климата в другой, — из Грузии, более мягкой и в западной своей части овеянной близостью морского бассейна, в Армению, сухо-континентальную и далекую от моря, — поздней ночью, в темноте и во сне. Лишь очень старые люди или больные сердцем, просыпаясь, на первых порах чувствуют перемену давления, тяжесть какую-то, в которой и сами не могут разобраться. А поезд в это время подходит к перевальной точке: он на высоте около двух тысяч метров над уровнем океана — на станции Джаджур. И хотя ему предстоит спуститься вниз, а пассажиру, который собрался поездить по Армении, не миновать еще десятка перевалов и спусков, но уже ниже чем на несколько сот метров он не опустится, потому что вся Советская Армения расположена высоко, закинута, как на ладони, под самое небо и ее средняя высота — 1500 метров [1] — почти вдвое выше Кисловодска, а такие отметки самых низких точек, как 500–800 метров, встречаются, лишь как редкое исключение. Немудрено, что переход из соседних стран в Армению был всегда резко ощутим для путешественника, и об этом сохранились интересные свидетельства, как очень древние, так и более современные.

Две тысячи лет назад римский полководец Лукулл шел со стороны Таврских гор походом на Армению. Чтобы обеспечить войско продовольствием, он выбрал для похода конец лета, когда вокруг уже созрел хлеб и началась жатва. Но Лукулл обманулся: чем дальше двигались его солдаты, тем больше лето отступало и переходило в весну. Плутарх рассказывает об этом так:

Много столетий спустя, в 20-х годах прошлого века, Пушкин спешил нагнать армию Паскевича, находившуюся тогда под Эрзрумом. Поэт верхом въезжал в Армению уже с другой стороны — из Грузии, через крепость Гергеры, по дороге, которая нынче заброшена и заменена другой, того же приблизительно направления, связывающей районные центры Армении — Степанаван (раньше Джалал-оглы) и Калинино (раньше Воронцовка) — со столицей Грузии Тбилиси. Условно определив географическую границу Грузии и Армении, Пушкин в своем «Путешествии в Арзрум» необычайно точно указал на разницу их климата: