Пряничный теремок

Лето красное пропало, наступили холода.

Жук по имени Сержук ищет место, обходя

Тёплые дома попутно.

Через призму капель мутных,

Видит листьев океан.

Щас зима все взбаламутит!

Лучше в крохотной каюте,

Нежась в коечке уютной,

Переплыть сезон распутный!

Сквозь седой меридиан,

Всласть сопя теплом лоскутным…

Вот огромный тёплый дом.

Пахнет мёдом и конфеткой…

Главное — из дуба крепкого

В доме выложен паркет!

Под диваном — прям раздолье,

Мир чудесный пыли вольной

На коробке игр настольных.

Трещинки в полу заполнены:

Крошки, мелкий сор, иголки

С прошлогодней колкой ёлки….

Вижу маленький разлом

Между плинтусом и полом!

Вот, где проведу я зиму,

И мороз проскочит мимо!

Буду там неуязвим я!

Был готов Сержук к веселью,

Выдохнув, залезть в ущелье,

Крошкою отметить новоселье….

Вдруг засёк глаз тень, диваном скованную

И метелью серебристой окантованную.

Присмотрелся глаз жука, которому

От природы дар пожалован — на все четыре стороны

Видеть. Жук широким кругозором удостоен был!

Оказалось — теремок стоит в углу!

Глазу не поверил осмотрительный Сержук!

Отложить придется торжество и ужин,

Глаз-алмаз опять Сержуку нужен!

Ледяной как-будто это терем, стуженный….

А вокруг окна сверкает дюжина

Крупных перламутровых жемчужин!

Как же не растаял здесь у печки терем?

Должен был давно он превратиться в лужу!

Жук опять глаз выкатил наружу,

Тщательно объект подвергся измерению…

Тёплым оказался терем. Все проверено!

Хрупким и стеклянным…. С дверью!

Елочной игрушкой терем был потерянной!

В дверь стучит Сержук наш робко…

Тишина здесь неспроста!

Сдвинул жук тугую скобку,

Внутрь зашёл. Там — пустота!

Глазу не поверил снова:

Терем оказался правда пуст!

Нужно доверять (оптическим) приборам…

Дом без обитателей — сплошная грусть!

Опечалился Сержук, но очень скоро

Светлая печаль переросла в раздумье:

Почему живу всегда я под забором

Иль в дыре какой-то? Впредь не буду дурнем!

Буду жить теперь в хоромах!

В дом ничейный не вселиться — просто промах!

Быстро внёс Сержук пожитки в крошечной корзинке.

Было их не много:

Крошка хлеба да глаза на тоненькой пружинке,

В дверь едва протиснулись два рога…

Но зато внутри было просторно,

Хоть играй в пинг-понг.

Жить привык всегда я скромно,

Но мечтаю я залечь когда-нибудь в шезлонг!

А пока пойду найду себе постель я:

Лист сухой, а если повезёт — то лоскуток фланели,

Лепестки от поздней астры — идеальны для постели -

Только-только в осень облетели!

Наконец Сержук лежит в просторном тереме.

Простыни — из лепестков атласной астры…

Никогда не засыпал в цветах прелестных и пастельных,

Вместо одеяла — клёна лист ажурный, красный!

В сладкий сон Сержук блаженно погружась,

Произнес: «Мир полон неожиданных контрастов!»

В этот миг услышал жук какой-то звук звенящий,

Будто разбивается бокал…

Поспешил накинуть свой сюртук, на гвоздике висящий,

А стекольный перезвон не замолкал…

К звуку голос зычный прикрепился прочно:

«Кто же в тереме живёт здесь?»

Дама это оказалась — прям клубничка точно,

(По охвату в половину красного клубочка),

И зовёт она хозяина, пытаясь в дверь пролезть!

«Прекратите колотить, сейчас дверь разобьётся!

Что не видите? — стекло!»

«Ах! Усы какие! Вы похоже прям на полководца!

Как у Вас внутри там мило и светло!

Разрешите мне войти, я с чемоданом,

А зовут меня Божана по фамилии Коровкина.

Здесь ношу я всё моё приданое…

Да не бойтесь, я же не воровка!»

Как мог джентельмен Сержук с усами полководца

Отказать клубничной даме?

В дом вошла Божана, приготовьтесь: щас польётся

Ручеёк историй, что копились в голове её годами…

«Шла я сквозь овраг по бездорожью…

А у вас уютно так, тепло, просторно!

Знаете, ‘Божана’ значит, между прочим, ‘божья’,

Это имя древнее, славянские имеет корни!

Как устала я от всяких путешествий,

Хочется покоя и заботы…

Жизнь моя напоминает сумасшествие,

Но ужасно я боюсь любой работы.

Как Вам нравится мой красный плащ в горошек?

И подкладка, вот смотри, из чёрного шифона!

Я мечтала жить в огромном тереме с окошком…

Можно мне остаться за перегородкой из картона?»

Голова шла кругом у жука конкретно,

Но не мог же он сказать Божане «нет»?

Женщина-огонь враз может в доме стать источником пожара,

Но ведь и Сержуку этот дом достался, прямо скажем, даром…

«Хорошо. За что вас взять? Ведь просто так нельзя!»

«Почему за просто так, а у меня красивые…. нет, не глаза!!!

У меня шикарные шифоновые крылья!

Смахивать с предметов ими буду пыль я!»

«Хорошо! Живите! Только спать люблю я ночью,

И прошу я строго соблюдать порядок (многоточье)»

«Я согласна! Правда, свет и днём здесь только клочьями…

Счастлива, что приютили Вы меня, мой капитан!

День иль ночь — без разницы: живём ведь под диваном!»

И набрав побольше воздуха, самозабвенно,

Начала рассказывать Божана,

Как влюбилась этим летом в одного военного,

А когда глаза Сержука завращались странно,

Потеряв синхронность и слетев практически с шарниров,

Прозвучал извне стеклянный стук спасительною силой.

В шляпе в виде четырёх воздушно-розовых зефиров

У двери стояла пчёлка с талией осиной.

«Я ищу квартиру навсегда иль до субботы,

Сбилась я с пути.