Противоядия

Перевод с французского

 Москва. Издательская группа «Прогресс» «Литера» 1992

Составитель и автор предисловия к.ф.н. В. А. Никитин

Комментарии О.А. Васильевой

Художник С. В. Красовский

Редактор Е. К. Солоухина

Это издание осуществлено при участии Министерства иностранных дел Франции и Французского посольства в Москве

Биография у Эжена Ионеско, при том, что к моменту выхода этой книги в свет ему исполнится уже восемьдесят лет, довольно простая. Родился он 26 ноября 1912 года в Румынии, в городе Слатина. Его отец, адвокат по профессии, был румыном, мать — француженкой. Едва ребенку исполнился год, семья переехала во Францию. Родным языком для Эжена Ионеско стал французский. И своей родиной он всегда считал и продолжает считать не Румынию, а Францию. Поначалу—из-за недостойного поведения отца, который бросил семью, оставив ее без средств к существованию, и на протяжении многих лет не подавал о себе никаких вестей; с годами этот выбор получил и нечто вроде политического обоснования. Во Франции, сначала в Париже, потом в провинции, будущий писатель прожил до четырнадцатилетнего возраста, после чего ему пришлось опять вернуться в Румынию, поскольку в результате бракоразводного процесса права на детей получил отец. Там он окончил школу, затем филологический факультет Бухарестского университета и приобрел специальность преподавателя французского языка и литературы. В 1936 году Ионеско женился, а в 1938 году ему удалось добиться стипендии для написания во Франции диссертации, озаглавленной «Темы греха и смерти во французской поэзии», и он вторично, теперь уже навсегда, покинул страну, в которой родился. Научная работа была для него лишь предлогом для эмиграции: Румыния в ту пору уверенно шла по пути

строительства фашистского общества, и дышать там становилось все труднее.

Во Франции в первые годы жизнь складывалась нелегко: Ионеско сменил несколько профессий, дольше всего проработав корректором в марсельском юридическом издательстве.

К литературному творчеству Эжен Ионеско приобщился еще в Румынии, начав писать сначала стихи, потом критические статьи. О драматургии он не помышлял и неоднократно заявлял, даже став уже известным драматургом, что никогда не любил театр. Поэтому к истинному своему призванию пришел не сразу. Решив в 1948 году изучить английский язык, он взял самоучитель, так называемый «Английский без труда», и стал вчитываться в диалоги некой воображаемой английской четы. Вдруг его осенило, какой громадный комический и сатирический заряд может нести в себе повседневная речь едва ли не любого человека. Из этих диалогов он, например, узнал, что в неделе семь дней, что потолок находится вверху, а пол, соответственно, внизу, а также множество других столь же непреложных истин. Отразившаяся в диалогах банальность обыденной речи натолкнула Ионеско на мысль написать свои собственные вариации на эту тему. В результате подобных упражнений на свет появилась одноактная пьеса—точнее, «антипьеса», как автор обозначил жанр,—под названием «Лысая певица», которая в 1950 году была поставлена в одном маленьком парижском театре. Та первая постановка успеха не имела, но на автора пьесы обратили внимание критики, которые стали регулярно освещать все, что выходило из-под его пера, окрестив его между делом родоначальником «театра абсурда». С того момента его биография полностью слилась с хронологией творчества. Каждая новая постановка его пьес становилась важным событием парижской театральной жизни. А Эжену Ионеско отныне оставалось только писать их, одну за другой, постепенно обретая мировую славу. В 1970 году его избрали в члены Французской Академии. Его произведения переводились на многие языки и ставились на сценах во многих странах. Только не в нашей стране. Писать о нем наши литературные и театральные критики, конечно, писали, но вот физическое присутствие его пьес на наших сценах не поощрялось. Театр абсурда?! За-

чем? Это же абсолютно нереалистично, не говоря уже о том, что это несоцреалистично. Когда подошло время запечатлеть факт существования Эжена Ионеско в энциклопедическом издании, было решено слегка попенять зарубежному писателю на то, что он «возводит иррациональность современного буржуазного мира в бессмыслицу жизни вообще», и тут же, чуть ниже, слегка похвалить за то, что ему случается сатирически изображать «современное буржуазное общество, где одичание и озверение человека являются чем-то обычным».