Противостояние

Итак, уважаемый читатель, мы вновь встречаемся для нашего, надеюсь, не надоевшего разговора о невероятно запутанных перипетиях Крымской кампании (1854-1856 гг.) Восточной войны (1853–1856 гг.). Наша тема — это интереснейшее событие Крымской кампании, первая блестящая победа русского оружия.

Но в отличие от предыдущей части, небольшое количество выпущенного свинца ничуть не делает наше повествование менее динамичным. Скорее наоборот. Спешу сообщить, что чем дальше развивается сюжет, тем эти перипетии интереснее, а повороты истории все круче и круче. Описываемые события будут больше напоминать стратегический детектив, игру, нежели банальную военную кампанию. Что ж, это вполне вероятно, когда речь идет о войне, в которой события переменчивы, как крымская погода, да еще и в считанные дни переносятся не то что с места на место, а с материка на материк.

А ведь мы только начали кампанию. Живых пока еще больше, чем мертвых, но совсем недалеко время, когда пропорция станет меняться в самую страшную сторону. Цифры тоже умеют быть зловещими. Увы, но это война, со своими безжалостными законами и труднообъяснимой логикой.

Но вернемся к делам насущным. Итак, вы даже не догадываетесь, что нас ждет впереди и уже очень скоро! До этого речь шла в основном о первых днях, которые оказались насыщенными совершенно непредсказуемыми колебаниями маятника военной удачи в ту или иную сторону. Все было динамично и драматично. Но вот уже позади и высадка союзников на крымский берег, и трагедия очевидно и внезапно проигранной русскими Альмы. В сентябре 1854 г. в Крыму мало стреляли, но много маневрировали. И русские, и союзники, как опытные фехтовальщики выбирали позицию для единственного точного удара, способного положить конец затянувшегося, как им уже стало казаться, действия. Вот только беда — фехтовали они с завязанными глазами, часто не имея представления о том, что в этот момент делает их хитроумный противник.

Хотя сразу после сражения казалось, что русские и союзные войска вот-вот вновь столкнутся в еще более кровопролитной схватке на одном из нескольких рубежей близ Севастополя. Но этого не произошло: противники начали сложные перемещения, то теряя друга из вида, то внезапно сталкиваясь в самых неожиданных местах, пока всего лишь через пару недель не оказались рядом, разделенные ничтожно узкой полосой земли. Это было сравнимо с игрой трех картежников, каждый из которых явно шулер, но в конце партии они верили, что сорвали куш. Увы, в конце концов проиграли все.

И когда это случится, начнется война траншей и батарей, но, повторяю, поверьте, она не покажется вам скучной, хотя и затянется почти на год. Вся Севастопольская эпопея являлась непрерывной артиллерийской дуэлью между крепостной и осадной артиллерией.^{2} В такой войне есть своя гармония, своя прелесть, если конечно всякое убийство можно назвать прелестью. Но в любом случае настоящая история поражает гораздо больше, чем версия Голливуда, что и постараюсь доказать на этих страницах, при этом никого не называя плохим или хорошим, умным или дураком в угоду модным веяниям времени, даже при том, что военному историку, чтобы быть убедительным, приходится быть слегка циником.

Когда подвергается беспощадной критике все, что связано с далеким прошлым, не укладывающимся в современное понимание внешней и внутренней политики, совершенно нет желания быть в роли судьи, определявшего приговор тому или иному деятелю ушедшей эпохи, ибо «…всякий суд над участниками войны есть палка о двух концах, и потому о двух, что дело каждого суда не столько выяснять причины поражения, сколько подводить обвиняемых под ту или другую статью…».^{3}

На этих же страницах останемся верными единожды избранному стилю и сосредоточимся на одном, наиболее важном событии, стараясь отразить все его аспекты и пристально рассмотреть со всех сторон. Попробуем еще раз, опираясь на известное, сделать анализ и посмотреть на получившиеся выводы, а правильные они или ошибочные — судить вам.