Простые истины

Алилов

Снова и снова набираю номер жены, в ответ получаю лишь протяжные гудки. Два звонка, три, ещё несколько. В последнее время, чтобы дозвониться Полине, требуются усилия. Разговаривает нехотя, с натяжкой, делая мне одолжение исключительно по причине штампа в паспорте. Жена по документам, в жизни уже давно стала мне чужим, малознакомым человеком.

‒ Да?

‒ Снова не могу тебе дозвониться. Если не желаешь разговаривать, возьми трубку и скажи прямо или же оповести сообщением.

‒ Зачем ты так, Серёж? ‒ Голос становится мягче, являя мне привычную Полину. ‒ Я была на пробежке. Несколько кругов по стадиону, чтобы растрясти мысли и отвлечься от работы.

‒ И от меня.

‒ Не говори так, ‒ наигранно цокает.

‒ Последние несколько месяцев дозвониться тебе стало чем-то из разряда фантастики, хотя раньше ты всегда была на связи со мной, несмотря на время и место. Что изменилось? ‒ завожусь. Снова. Из наших бесед давно пропали теплота и нежность, сменившись сухим обсуждением дел компании и филиала в Твери, который уже полгода возглавляет Полина. Деловое общение двух совершенно посторонних людей.

‒ Всё по-прежнему.

‒ Не уверен. Скорее, уверен в обратном. Приехать не желаешь? ‒ Вопрос, который я задаю каждую нашу беседу, получая отрицательный ответ.

‒ Много дел, документации…

‒ Да-да, проблем с сотрудниками, партнёрами компании и так далее. Всё по списку. Твои отговорки я выучил наизусть, даже последовательность не меняется, ‒ язвительно хмыкаю, закуривая сигарету. ‒ Пора придумать что-нибудь новенькое, чтобы так явно не резало слух. Ты же креативщик, Полина, напрягись, включи фантазию, измени направление мыслей.

‒ Мне не нравится твой тон, ‒ шипит в рубку, вызывая улыбку на моём лице.

Конечно, не нравится. Забывается, когда выдаёт одно и то же раз за разом, а вот я помню каждое высказывание.

‒ Вот уже несколько месяцев слышу однотипные отговорки, которые ты считаешь весомыми причинами не появляться дома. Мы не виделись полгода. Я не железный, Полина, у меня есть потребности, мужские, которые называются супружеским долгом. Просто напоминаю. Это на тот случай, если ты вдруг уличишь меня в измене с какой-нибудь сотрудницей, расстегнувшей на одну пуговицу больше, чем положено по дресс-коду компании.

‒ Угрожаешь, Алилов? ‒ фыркает, опускаясь до фамилии. Привычное обращение жены, когда всё идёт не по её плану.

‒ Предупреждаю. И только.

‒ В ближайшие месяцы я не приеду.

‒ Могу приехать я.

‒ Не стоит. Я вряд ли смогу выделить для тебя время.

‒ О, даже так, ‒ обдаёт волной негодования. Готов сорваться на крик, едва сдерживаясь от очередного скандала. Непробиваемое спокойствие Полины выводит из себя. ‒ Напоминаю, компания моя, филиал тоже, соответственно, я имею права появляться, когда захочу, не принимая в расчёт твоё мнение.

‒ Спасибо, что напомнил.

‒ Поэтому в твоих интересах приехать самой.

‒ Не получится.

‒ Ну да, ты даже на юбилей отца не соизволила явиться, какое тебе дело до меня.

‒ Я уже давно лишняя в кругу твоей семьи. Мне не нравится постоянный прессинг твоего отца, желающего внуков больше, чем ты сам. Каждое посещение твоих родственников начинается и заканчивается по однотипному сценарию: «Когда будут внуки?» Всё. Словно нет других, более важных тем для обсуждений. Надоело, что меня постоянно склоняют к тому, чего я не желаю и не планирую. Мы не один раз говорили на эту тему, и, помнится, ты соглашался с моим мнением, поддакивая. Но в последнюю пару лет вопрос с ребёнком стал настолько острым, что я напрягаюсь лишь от представления семейного ужина в доме твоих родителей. Моё решение окончательное.

‒ А как же моё? ‒ взрываюсь, повышая голос. ‒ Как же мои желания? А? Я не меньше тебя имею право топать ножкой и кричать: «Я хочу!» Почему нет? Ты же так делаешь на протяжении нескольких лет.

‒ Ты знал, на ком женился!

‒ Знал. И поверь, отстоял право выбора в жёсткой битве с отцом, приводя тысячу и один аргумент, почему моей женой должна стать девушка Полина, а не дочь друга семьи, которая мне очень подходит и к тому же является своей, татаркой.

‒ Ты никогда не говорил… ‒ теряется, рвано выдыхая.

‒ Я никогда не рассказывал, чего мне стоил брак с тобой. Эта битва продолжается до сих пор. Каждый раз отец тычет мне в морду и говорит: «Я предупреждал», и каждый раз слышит один ответ: «Она моя жена, и точка». Очень сложно противостоять миру в одиночку, когда близкий человек, решив слиться, выбирает самый простой вариант ‒ уехать подальше. Ты, как всегда, позаботилась в первую очередь о себе, любимой, совершенно забыв, что в семье нас двое.

На минуту оба замолкаем, обменявшись эмоциями. По живому, глубоко, но уже не так разрушительно, как несколько месяцев назад. Это, скорее, остаточные элементы, показывающие, что когда-то мы были очень близки, вросли в друг друга, сплелись в желании общего будущего, но не смогли удержаться за эту связь, разрушившуюся о безразличие и нелюбовь.

‒ Моё решение останется прежним: детей я не хочу и не планирую.