Простреленная репутация

– Ну как?

– Абзац!

– В смысле?

– Да без всякого смысла. Просто полный абзац.

– Гхм... – Вася подозрительно уставился на меня – не понял, похвалил я его или обругал... – Рифма, кажется, в норме. Актуально вроде... Серый, скажи?

– Актуально, – совершенно серьёзно согласился Серёга. – Едем в сизо. Осень на подступах. Фаза боевой активности, по идее, вот-вот должна пойти на убыль. Конфликтные расхождения между местными и арабами присутствуют, верно подмечено. «Зелёнка», и в самом деле...

– Во! А рифма?

– Рифма – да. Насчёт рифмы не поспоришь. Особенно мне понравилось вот это: «грязь-туман»...

– Не понял... Ну и чем тебе это не нравится?

– Вася, тебе надо к отоларингологу. Я сказал – «понравилось».

– Не, а че с такой иронией?

– Но в конце получился логический провал, – всё так же серьёзно заметил Серёга – и совсем без иронии. – Непонятно, отчего потеет пятая точка и скрипит кровать. Объяснительный посыл начисто отсутствует...

– Да ну, это ерунда, – небрежно отмахнулся Вася. – Делать ему нечего, скучно, сутками напролёт понужает свою Фатиму, ударно строгает новую смену. Будущих моджиков и шахидок. От этого всё скрипит и потеет. Это и дебилу понятно... Не, а че с такой иронией?

– Да потому что это просто шедевр, – не выдержал я. – Прямо-таки какой-то фразеологический апокалипсис. «Грязь-туман», «полная стремнина»... Ты бы лучше, чем всякую дрянь сочинять, взял бы учебник русского языка, полистал на досуге...

– Ну вы... Критики куевы. – Вася обиженно надулся. – Да вы просто завидуете мне!

– И чему тут, интересно, завидовать?

– Ну как же? Вы, такие умные, все из себя – и ни хрена. А я, такой дурак, – и на тебе...

Всем привет. Не надо угадывать с трёх раз, кто тут со мной, я сам всех представлю и скажу, чем мы занимаемся. Если кто-то подумал, что мы везём на литературный симпозиум слегка недоделанное народное дарование, это вы зря. Мы – офицеры команды номер девять, или, как она до совсем недавнего времени официально значилась в штатном расписании, «оперативно-аналитической группы неспецифического применения». Название, на мой взгляд, слегка неуклюжее, а местами довольно туманное. Если попросить даже очень опытного кадровика (который ранее с командой дел не имел) определить по названию основное направление деятельности данной штатной единицы, он крепко задумается, а через пару минут попросит водки.

Да что там кадровик, мы сами до сих пор так и не поняли, за что нас этак вот обозвали и чья, вообще, это была идея! С точки зрения здравого смысла это получается какой-то двухголовый мутант. Оперативники – это те, кто постоянно находится в действии и готов по первой команде мчаться куда прикажут. Аналитики, напротив, это умненькие товарищи, которые сидят в кабинете и работают с поступающими к ним данными. Анализируют, короче.

На это недоразумение мы постоянно тыкали указующими перстами в сторону своего куратора-спонсора – Вити, и буквально две недели назад команду наконец-то переименовали. Теперь мы смотримся в штатном расписании значительно проще и приятнее для слуха: «группа оперативного резерва». Но суть от этого не изменилась, и все называют нас как привыкли: команда номер девять.

Чем занимается команда, вы узнаете по ходу повествования, а сейчас я кратко представлю тех, кто в данный момент находится со мной рядом. Я военный психолог, майор Воронцов. Со мной войсковой разведчик Вася Крюков, аналитик ГРУ Серёга Кочергин и зам по БСП (боевой и специальной подготовке) седьмого отряда спецназа Женя Петрушин. В засаде мы не сидели уже как минимум квартал, а сейчас едем на нашем «бардаке» в следственный изолятор, что располагается в селе Чернокозово. У нас там работёнка минут на десять-пятнадцать.