Прощание с Амстердамом

Был штормовой октябрьский день, море на фоне темного неба казалось серым и мрачным, пенистые волны набегали на пустынный берег и откатывались назад. По берегу брела девушка, то и дело останавливаясь, чтобы вглядеться в морскую даль или поднять камень и забросить далеко в воду. Маленькая и одинокая фигурка на пустынном пляже.

Но вот девушка зашагала твердой походкой, не утирая слез на щеках. Пусть текут, от них легче на сердце. А к людям надо выйти с улыбкой на лице.

В город она вернулась по круто поднимающейся от пляжа лестнице, на ходу помахала рукой портье из «Гранд-Отеля» и зашагала по главной улице. Сезон отпусков почти закончился, и город погружался в зимнюю леность. Теперь по нему можно было пройтись спокойно, никуда не торопясь, и всласть поболтать с владельцами магазинчиков.

От главной улицы вниз убегали узенькие проулки, и в один из них девушка свернула. Миновала ряд перестроенных из коттеджей магазинов, прошла мимо бутиков, ювелирного магазина, крошечной чайной и остановилась возле дома довольно крупных размеров с вывеской «Томас Гиллард, антиквариат» над старинной витриной. Девушка открыла дверь, и старомодный колокольчик резко звякнул.

— Это я, — дала она о себе знать, стягивая с головы платок. Волосы цвета ореха рассыпались по плечам. Обычная девушка, среднего роста, слегка полноватая. Непритязательные черты скрашивались ясным взглядом больших светло-карих глаз, обрамленных густыми черными ресницами. Одета она была в стеганый жакет и твидовую юбку, очень удобные для этого времени года.

Вдоль стен магазина выстроились столы, шифоньеры, шкафчики с выпуклыми стеклами, и повсюду — фарфоровые статуэтки, стеклянные графины, склянки для духов, керамические фигурки и серебряные вещицы. Полуоткрытая дверь в глубине вела в кабинет отца, и еще одна дверь открывалась на лестницу к комнатам наверху.

Отец сидел у письменного стола, она поцеловала его в лысину и поднялась наверх. Мать, устроившись возле огня, вышивала наволочку диванной подушки. Увидев дочь, она улыбнулась.

— Пора пить чай, Дейзи. Поставь, пожалуйста, чайник, пока я закончу с работой. Как погуляла?

— Прекрасно. Правда, уже совсем холодно, но все равно, в городе так хорошо без приезжих.

— Вы идете куда-нибудь с Десмондом сегодня вечером, милая?

— Нет, у него несколько деловых встреч.

— Он далеко уехал?

— В Плимут.

— Ну, тогда он наверняка вернется рано. Дейзи кивнула.

— Я приготовлю чай.

Она была абсолютно уверена, что Десмонд не приедет. Прошлым вечером они ужинали в одном из городских ресторанов. Там он встретился с друзьями. Влюбленная Дейзи почти не замечала недостатков Десмонда, принимая его таким, какой он есть, но проводить время с его друзьями — дело другое. Дейзи отказалась ехать с ними в ночной клуб в Тотнесе, и разозленный Десмонд, обозвав ее ханжой, заявил, что она портит всем вечер.

— Когда же ты наконец вырастешь? — недовольно пробурчал он.

И отвез ее домой, а потом, не сказав ни слова, умчался назад к своим друзьям. Дейзи же, переживающая свою первую любовь, всю ночь пролежала без сна.

Знакомство их завязалось, когда он пришел в магазин за стеклянными бокалами. И Дейзи, двадцатичетырехлетняя Дейзи, скромная и искренняя, сразу же стала жертвой его сомнительного обаяния, дерзких взглядов и броских манер, компенсировавших его невысокий рост. Одевался Десмонд красиво, но носил слишком длинные волосы, что ей не очень нравилось.

Он был приезжим в их городке — по поручению лондонской фирмы выполнял здесь инспекторский надзор, впрочем, он говорил об этом весьма туманно, и Дейзи решила, что молодой человек занимает важный пост в Сити.

Дейзи, помогавшая отцу в магазине, могла приходить и уходить в любое время, и вскоре после первого обеда последовали совместные экскурсии по городу. Его наигранный интерес вдохновил ее на походы в городской музей, церкви, в старинные дома на набережной. Десмонд умирал от скуки, но явное желание девушки доставить ему удовольствие льстило его самолюбию.

Он водил ее в ресторанчики, занимая разговорами и улыбаясь через стол, а она прилежно внимала его хвастливым рассказам, смеялась над его шутками, восхищалась новым галстуком или кейсом из натуральной кожи, который он всегда таскал с собой — для имиджа.

Скромненькая Дейзи совсем не нравилась заезжему моднику, он просто коротал с ней время за неимением лучшего. Десмонд мечтал о девушке поэффектнее — красивой и с деньгами. И чтобы одевалась модно — под стать ему. Платья Дейзи из магазина готовой одежды вызывали у него тайные усмешки.

В этот вечер Десмонд так и не явился. Дейзи старалась не показывать никому, что расстроена, и потратила все время до сна на полировку антикварного серебра, которое отец приобрел в тот день. Приводя его в порядок, девушка думала о том, как это здорово — пользоваться такими красивыми приборами. Она вычистила последнюю ложку, положила ее вместе с остальными в бархатный футляр и убрала в буфет. Потом закрыла буфет, заперла входную дверь, включила сигнализацию и поднялась наверх.