Пропавшая принцесса

В коридоре загремели ключи и, окованная железом дверь распахнулась с ужасающим скрипом. Сайрус с трудом разлепил веки, один его глаз совсем заплыл, на губах запеклась кровь. В дверном проёме он различил три фигуры, две в чёрных рясах и хорошо знакомая ему мерзкая фигура тюремщика. Звали тюремщика Северин, и это он вчера избил прикованного к стене Сайруса, за то, что тот назвал его Порки, эту кличку Северин на дух не переносил. Сайру потрогал языком, оставшийся в десне обломок сломанного вчера зуба. Монахи вошли в камеру, Порки высоко поднял чадящий факел, осветив лицо узника. Чёрные братья уставились на Сайруса. Разглядеть их лица он не мог. Если его решили передать им, то судьба его станет незавидной. Короче говоря, ничего хорошего его не ожидает.

— Это он? — с сомнением спросил один из монахов.

— Он! — важно подтвердил Северин.

— Выглядит неважно.

Порки замялся.

— Дерзит, Ваша милость! Очень уж он дерзкий, — сказал он.

— Надеюсь, вы не все зубы ему выбили? Ладно. Снимите с него кандалы! — приказал один из чёрных.

— Вы уверены, Ваша милость? Он мятежник! Риверстоунский палач!

— Делайте, что Вам сказано! Мы его забираем! — оборвал его монах.

«Ну, вот и всё!» — с тоской подумал Сайрус. Впрочем, жалеть ему было не о чем. У него ничего не осталось, ничего ради чего ему стоило бы жить. Когда Порки освободил его руки, первой мыслью Сайруса было наброситься на Северина, но он был так слаб, что еле стоял на ногах.

— Мы с тобой ещё встретимся, Свинтус! — негромко сказал он Северину. Порки замахнулся на него, но один из чёрных остановил тюремщика.

— Проводите его наверх! — приказал он.

Лестница показалась Сайрусу необыкновенно длинной и крутой, к своему стыду ему несколько раз приходилось опираться на плечо Северина. Через несколько минут он сидел в маленьком помещении тюремной башни и смотрел сквозь узкую бойницу на видневшиеся вдалеке чёрные от недавно сошедшего снега поля. Светило яркое Солнце, и Сайрус щурясь единственным не заплывшим глазом, смотрел за тем, как оно медленно поднимается над черневшим у линии горизонта лесом. Подросток принёс кувшин вина, Сайрус осушил его до половины и сразу почувствовал себя лучше. Он стал разглядывать сидящего напротив него монаха. Монах этот совсем не был похож на черного брата. У него было полноватое добродушное лицо, он скорее походил на доброго трактирщика или купца, нежели чем на чёрного брата.

— Ваше имя, сир Сайрус Стоун? — спросил монах.

Сайрус смерил его взглядом.

— Я Сайрус Стоун, мятежник и предатель. Что Чёрному братству от меня нужно? — спросил он.

— Ну, я бы не использовал такие громкие эпитеты! — ласково возразил ему монах, — я бы сказал, что чудовищные обстоятельства привели Вас в лагерь предателя Трора! Некие неприятные совпадения! Так я бы сказал.

— Неприятные совпадения?! — Сайрус уставился на монаха единственным открывающимся глазом, — можно ли назвать совпадением изнасилование и убийство моей жены и малолетней дочери, вашими наёмниками?

— Ну почему же нашими? Мы никогда не призывали убивать мирных граждан, к тому же из благородных семей, — возразил ему монах.

Сайрус сплюнул на стол кровь пополам с вином, которые болтались у него во рту.

— Вы привезли их в нашу страну, для борьбы с Трором! Так что это Ваша вина! — сказал он презрительно.

Ему вспомнились сожженные овчарни и пылающий каменный дом, который соседи в шутку прозвали замком Стоуна. «Если бы у меня был замок, то возможно, моя жена и дочь были бы сейчас живы!» — подумал он.

— Верно, сир Стоун, у каждого действия есть последствия и они далеко не всегда те, на которые мы рассчитываем!

— Что Вы хотите этим сказать? — перебил его Сайрус.

— Только то, что Ваше желание отомстить убийцам Вашей семьи, вполне оправдано! Вполне оправдано! Да! — монах сложил толстые пальцы так, словно собирался молиться.

Сайрус смотрел на него единственным глазом.

— Я уверен, что Вы присоединились к узурпатору Трору, с единственной целью, отомстить тем, кто убил Вашу жену и дочь! Не думаю, что у жителя гор, были ещё какие-то причины встать на сторону полусумасшедшего предателя, к тому же ещё и северянина!

Монах помолчал, потом неожиданно спросил:

— Сир Сайрус, Вам доводилось видеть старшую дочь Трора, Вендис?

Сайрус постарался припомнить, о ком говорит чёрный брат. Вендис, старшая дочь Короля Трора. В его памяти всплыли только светлые волосы типичные для северянки и большие голубые глаза, на худеньком, как у маленькой девочки лице.

— Допустим, — уклончиво отвечал Сайрус.

— Также, если не ошибаюсь, Вы командовали у Трора авангардом и надо признать, доставили нам немало проблем!

— Надеюсь на это! — заметил Сайрус.

Монах улыбнулся.

— Да. Во многом благодаря Вам Трору удалось ускользнуть из наших рук на переправе через Ледяную реку. Из-за этого война продлилась ещё целых два года! Вы хоть представляете, сколько женщин и детей погибли и подверглись насилию по Вашей вине?

В голосе монаха не было злости, просто любопытство. Сайрус пожал плечами.

— Я воин. Я просто делал то, что должен был! — отвечал он.