Проклятый лорд и леди на любителя

– Детка, он прекрасен, но, может быть, лучше остановиться на розе? – мягко спросила мама, разглядывая подарок королеве Синтии.

Первый этап переговоров от Мелиссы Гарден – дать возможность принять «правильное» решение самостоятельно. Завтра меня должны были представить ко двору и по традиции дебютантки преподносили подарок королевской семье. Я грустно вздохнула. Маленькое чудо флоры тянулось к солнцу и всем своим видом, говорило, что достойно любви и тепла.

– У венчика яркие лепестки цвета фуксии и по сравнению с последним вариантом он совсем не пахнет. Уверена, она будет в восторге, – попыталась я переубедить маму, – роза слишком избитый вариант.

– Она королева цветов. Делия, нельзя дарить кактус королеве Беренвира, каким бы удивительным не было его цветение.

Второй этап переговоров от Мелиссы Гарден – намекнуть на «правильный» выбор еще раз, если вы сразу не догадались.

– И все же, – не желала уступать я, – пусть будет этот цве…

– И слышать ничего не хочу, – она перебила меня на полуслове, потеряв терпение, – создай розу для королевы или просидишь дома еще один год!

Третий этап переговоров – жесткий ультиматум. Это было последнее слово и, не желая больше ничего слышать, мама с достоинством ушла. Я недовольно поджала губы и еще раз посмотрела на кактус, который хотела назвать в честь королевы Синтии.

– Очень жаль, мы могли бы оказать королеве большую честь, – шутливо произнесла я и погладила кактус словно ежика.

Легко сказать «создай розу». Это мама и Лилия могли по щелчку пальцев создать нечто утонченное, красивое и благоухающее. Мой дар был несколько иного толка.

Я взяла горшок с розой душистой, родоначальницей многих сортов, и попыталась представить, какой цветок мне хотелось бы создать. Тонкий стебель, с хвойно-зелеными сочными листья. Густомохровое соцветие из множества зубчатых лепестков настолько насыщенного темно-красного оттенка, что в пасмурную погоду бутон будет казаться бархатно-черным.

Роза льнула к рукам, почувствовав древнюю, как сам мир, магию. Менялось ее естество и привычки. Когда работа была окончена я дала ей немного воды.

– Назову тебя Синтия Черноокая, – прошептала я и коснулась одного из листочков.

Почувствовав враждебность цветка, я тут же отдернула руку. У Синтии Черноокой был непростой характер. Впрочем, такой и должен быть у королевы.

Довольная собой, я убрала ее подальше от других растений и пошла к себе в комнату. Мне еще предстояло подобрать подходящий для аудиенции у королевской семьи наряд.

– ДЕЛИЯ! – воскликнула мама, в ужасе смотря на горшок в моих руках.

– Ты сказала розу – я сделала розу. Теперь что не так?! – возмутилась я, готовая отстаивать свое право ехать во дворец.

– Она же черная!

– Нет, темно-красная, – с уверенностью в голосе возразила я.

Мама схватилась за сердце и подала свой фирменный знак служанке, чтобы та принесла успокаивающий чай.

– А я говорила, давай сделаем цветок за нее, – вставила Лилия, моя старшая сестра.

– Джон, мы пропали. Нас отлучат от двора, – мама картинно закатила глаза и рухнула на кушетку.

– Не драматизируй, Мелисса, – папа взял шляпу с перчатками из рук слуги, – Делия, идем. Не хватало опоздать на прием к королю.

Я кивнула и направилась к выходу с гордо поднятой головой. В карете папа то и дело бросал на меня пристальный взгляд. Путь до дворца был не близкий и я пожалела, что не взяла с собой книгу.

– Волнуешься? – спросил папа.

– Нет, это же простая формальность, – ответила я, зевая от скуки.

– От первого впечатления многое зависит. Если королева будет к тебе благосклонна, ты сможешь претендовать на хорошую партию с более высоким положением, чем мы.

– Помнится, у Лилии все прошло очень гладко и что-то я не заметила очереди женихов у ворот, – мой голос сочился сарказмом.

– Наивная малышка совсем выросла, – вздохнул папа и коснулся моей руки.

Я улыбнулась в ответ. Выше головы не прыгнешь. Мы принадлежали к знатному роду, но последние несколько поколений сильный дар обходил наш дом стороной. В мире, где все решает магия, посредственность является огромным недостатком. Взять хотя бы Лилию, в красоте она уступала только принцессе Фелисити, но уже четвертый год не могла выйти замуж. Папа был не прав – наивной малышкой я никогда не была. И сейчас прекрасно осознавала какое будущее меня ждет.

Расправив складки на юбке, я достала из потайного кармана зеркальце. Все было идеально. Вспомнилось, как Лилия падала в обморок перед поездкой во дворец. Она истрепала все нервы маме и служанкам, в последний момент меняя наряд и прическу. Сестричка ни много ни мало планировала влюбить в себя принца Эдварда.

Я фыркнула и отец вопросительно на меня посмотрел. Вернув своему лицу безучастное выражение, я подумала о том, что вся наивность нашего рода досталась именно сестре.

– Вот мы и на месте, – выдохнул папа с плохо скрываемым волнением.