Проклятье индийской принцессы

Я карабкалась вверх по крутому склону, обдирая в кровь руки, цепляясь за тонкие ветки и чахлые кустики, даже не задумываясь, выдержат ли они мое тело. Противное платье из органзы намокло от вечерней росы и с каждой минутой становилось все тяжелее, сопротивляясь моим попыткам покорить вершину.

Скала (если это была скала) вертикалью поднималась к небу, плотно прикрывая свою вершину завесой тумана. Туман, хоть я никогда его не любила, был моим спасением. Я очень надеялась, что благодаря ему меня не заметят, потеряют и оставят в покое.

Правда, проскакивало сомнение: подниматься всегда легче, чем спускаться вниз. Но страх гнал и гнал меня подальше от того места, где еще несколько часов назад я стояла почти у алтаря в нелепом платье, больше похожем на переросшую цветную капусту.

За месяц до этого вечера…

-Кристина, а разве у нас такое устраивают?

–Я не слышала раньше, но почему бы и нет? Если денег девать некуда…, – Кристина подавила завистливый вздох.

Вот уже несколько недель мы обсуждали бурный роман нашей общей подруги Варвары (в последнее время Барбары). Это была история, больше напоминающая сказку о Золушке и принце, только намного захватывающей. Ведь в ней принимали участия все ее подруги: наблюдая, предполагая и отвергая. Девчонки старались, как могли: давали советы, вычитанные из ярких журналов, предлагали свои модные вещи, таким образом, внося разнообразие в ее шикарный гардероб. Варька улыбалась и терпела. С одной стороны ей было необходимо хвастаться перед подругами своей победой, с другой – она ненавидела советы и вмешательство в личную жизнь. К тому же, это она всегда нас поучала, поскольку считала себя всегда и во всем правой и совершенной.

Я – далекая от мировых стандартов женской красоты и модных трендов, проводила с ней политинформацию, посвящая Варьку в новости современной международной жизни. Короче, каждая вносила посильный вклад в судьбу подруги, собиравшейся связать свою жизнь то ли с сыном дипломата из какой – то далекой страны, то ли с самим дипломатом.

Жених и страна держались в секрете, и мы могли только строить предположения. Варька каждый раз загадочно улыбалась и произносила всегда одну и ту же фразу: «Вы все узнаете в свое время!»

Роман их развивался с космической скоростью. Через пару месяцев общения молодые уже планировали свадьбу, прикидывая количество гостей и подбирая место проведения торжества.

Варька, во что бы то ни стало, захотела сделать свадьбу по голливудскому сценарию, как часто видела в кино. С шатрами, музыкантами и многочисленными подружками, одетыми в одинаковые платья.

Правда, место проведения церемонии было выбрано, на мой взгляд, странное. Шатры, по настоянию Варвары, должны были установить на фоне развалин старинного графского дворца. Развалины планировалось подсветить, дабы придать им больше колорита.

К сожалению, такими объектами ленинградская область богата. По мнению историков, многие из них не представляют ценности и стоят, ветшают и осыпаются, превращая былое в прах, но, послужить фоном для шикарной свадьбы, еще способны. У меня вся эта идея с развалинами сразу вызвала беспокойство. Но мое мнение, как впрочем, и всегда, никого не интересовало.

С красавицей Варварой я, как и большинство ее приглашенных подружек невесты, училась в одном классе и все десять лет услужливо предоставляла для списывания домашние работы и контрольные по математике. За это меня иногда приглашали на посиделки или позволяли стоять рядом в кучке на школьных вечерах.

Близкой подругой Варвары я себя не считала, но, к своему удивлению, тоже вошла в ближний круг приглашенных, со всеми вытекающими последствиями. В моем случае, последствия были не в мою пользу. Я имею в виду платье и те многочисленные поручения, которые Варька раздавала всем своим подругам, не считаясь с их желаниями, возможностями и временем.

Ткань для платьев подружек была выбрана Варькой зеленого цвета с желтой каемкой. Редкой красавице шел такой ядовитый зеленый оттенок, а уж фасон…. От шеи до низа платье было сшито из сплошных воланов, наподобие детской пирамидки или елочки. Если и можно было для моей фигуры подобрать более нелепый фасон, то его следовало поискать.