Прогулки по Риму

— Петро, жди меня! — Лара закрыла изящную пудреницу и аккуратно положила ее в сумку. — Не пройдет и получаса, как я приведу тебе новую группу страждущих!

Водитель Петро понимающе кивнул, нажатием кнопки отодвинул дверь блестящего сиреневого автобуса и выключил кондиционер. Лара легко выпрыгнула наружу. Августовские лучи итальянского солнца мгновенно заключили ее в жаркие объятия, но ей некогда было поддаться ему и насладиться теплом. Отмахнувшись от этого навязчивого любовника и закинув сумку точным движением за плечо, Лара короткой пробежкой пересекла площадь перед аэровокзалом и скрылась в прохладе зала ожидания. Толпа вновь прибывших из России туристов, диковато озиравшихся по сторонам, повернулась ей навстречу. Девочки-распорядительницы из фирмы «Италия-Элефант» сказали тем, кто стоял к ним ближе:

— Вот и ваша Ларочка! Она будет сопровождать вашу группу в течение всей поездки!

Лара помахала в знак приветствия тонкой указкой с привязанным к кончику капроновым розовым бантом. Толпа уставилась на нее, а девушка-распорядительница наклонилась к самому Лариному уху и прошептала:

— Прими мои соболезнования! Пятьдесят шесть человек! Три нормальные группы в одном флаконе!

Она передала Ларе кучу бумаг и приготовленный заранее список туристов. Лара ослепительно улыбнулась, обвела нас всех взглядом, на секунду на ком-то задержалась и еще выше подняла на палочке огромный бант. Девушке она сказала вполголоса по-итальянски:

— Ничего, продержусь. Самый разгар сезона! Скоро все пойдет на спад. Тогда и отдохнем! — И, обращаясь уже к туристам, Лара закричала неожиданно хриплым и низким голосом в маленький микрофон: — Господа! Фирма «Италия-Элефант» приветствует вас в аэропорту прибытия! Прошу всех подойти ко мне! Сейчас мы устроим перекличку!

Туристы окружили ее, она надела очки в модной оправе, еще раз внимательно посмотрела на нас и начала сверять списки.

Вот такой деловой, с розовым бантом в руках, работающей без заминки и с огоньком, я и запомнила нашу Лару.

При первом взгляде ей можно было дать лет сорок, но когда в процессе нашего знакомства я получила возможность рассмотреть ее поближе, то с огромным удивлением и даже восхищением убедилась, что этой невысокой, еще достаточно стройной голубоглазой блондинке с прокуренным голосом на самом деле все пятьдесят пять, а может быть, и побольше.

Прическа у нее была та, что в Москве уже лет десять не выходит из моды и называется «усеченное каре». Некоторое время назад она, правда, была вытеснена еще более короткими стрижками, но теперь опять часто мелькает на страницах журналов мод. Вероятно, дамам нравится универсальный характер каре, потому что на улицах многих европейских городов женщины ходят с такой прической. Ларе эта стрижка придавала одновременно и романтичность, и деловитость. В светло-голубых расклешенных джинсах и розовой трикотажной маечке, украшенной металлическими блестками, выглядела она вполне гармонично и вне возраста. Во всяком случае, ничем не отличалась внешне от молодых женщин нашей группы.