Профессия – психолог труда

В новой книге В.А. Пономаренко подробно и интересно рассказывает о своем важном достижении – практической постановке профессии психолога труда и инженерного психолога в сфере авиации и космонавтики, особенно интенсивно развивавшейся в нашей стране в 60–70-е годы ХХ в. В этом значимом научно-практическом направлении вначале он сотрудничал со своими учителями (Ф.Д. Горбовым, Б.Ф. Ломовым, К. К. Платоновым и др.), а затем продолжил их дело самостоятельно.

В.А. Пономаренко работает в междисциплинарном предметном «поле» научного, практического и в целом жизненного поиска, на пересечении интересов медицинских, технических, педагогических и психологических наук, интегрируя их результаты в своей деятельности и превращая эти разные интересы в полезную продукцию научного и практического содержания. Судя по представленным в книге материалам, он остается приверженцем комплексного подхода к решению любой задачи как по ее содержанию, так и по методам получения и анализа интересующих данных.

Книга показывает, что в своих замыслах и их воплощении В.А. Пономаренко стремится к реализации важнейшего принципа единства теории, эксперимента и практики, и делает он это совершенно осознанно, вслед за одним из своих учителей – Б. Ф. Ломовым, который обосновал данный принцип применительно к исследованию психологических проблем и трудностей. А последних в работе и профессиональной жизни Владимира Александровича было предостаточно, однако он хорошо понимал значение теоретических представлений и никогда от них не отступал, старался разобраться в них или сконструировать свои теоретические позиции, что делал весьма успешно. В.А. Пономаренко как профессионал сам является воплощением указанного принципа: будучи теоретически чрезвычайно продвинутым специалистом, он имеет огромный опыт экспериментирования и всегда сосредоточен на решении практических общественно значимых задач. Сложно сказать, каких качеств у него больше: теоретика, экспериментатора или практика. Скорее всего, в нем объединяются в равной степени все три ипостаси. Это, по сути, объясняет тот факт, что Владимир Александрович воспринимается своим разными группами специалистов: военных летчиков, медиков, физиологов, психологов. В частности, в профессиональном психологическом сообществе мало кто знает о том, что Владимир Александрович является доктором не психологических, а медицинских наук. Уже давно он признан коллегами в качестве профессионального психолога, а его положительной научной экспертизой гордится всякий психолог независимо от возраста и опыта профессиональной деятельности.

Психология труда остается пока в ряду редких профессий, однако описанный в книге богатейший опыт В.А. Пономаренко убедительно показывает: там, где для реализации профессионального мастерства создаются условия и находятся подготовленные специалисты, очевидным фактом становится польза этой профессии и, соответственно, ее востребованность. В этой связи содержание данной книги может рассматриваться не только в качестве профессионального, но и жизненного мастер-класса известнейшего специалиста в области психологии и психофизиологии труда и инженерной психологии. Начинаешь понимать, что создание благоприятных условий для профессии может во многом зависеть именно от самих профессионалов, конечно, не все, но многое. Главное не ждать новых исторических условий, когда придет высокая востребованность, в частности, инженерных психологов или психологов труда, а самим формировать эти условия уже сегодня.

Характерным для научной и практической деятельности В.А. Пономаренко является изучение профессионального труда в явно выраженных экстремальных условиях, что он делал на примере летчиков и космонавтов. Яркая особость их труда, а точнее, жизнедеятельности в целом, позволила выявить особенности психической регуляции деятельности и поведения, описать целый ряд психологических закономерностей профессиональной деятельности человека в условиях постоянного риска для жизни. Содержание его описаний и тем более анализа – свидетельство глубокого понимания сложностей, типичных для труда в сфере авиации и космонавтики, даже более того, свидетельство его сочувствия и глубокого сопереживания.