Пробуждение от лица парней

Каролайн Пекхам, Сюзанна Валенти

Пробуждение от лица парней

Академия Зодиак — 1,5

11. Дариус

Я вышел в Стенающий лес, думая о нападении нимф и сосредоточившись на своем Атласе.

Лэнс игнорировал мои сообщения, и я начинал чертовски злиться на него из-за всего этого. Мы были так близки к тому, чтобы узнать что-то важное о нимфах, а теперь он активно препятствовал мне в этом расследовании.

Это была чертовски большая вероятность того, что больше чем одна нимфа пряталась на виду у всех, притворяясь фейри, прямо на окраине ближайшего города, и мне было совершенно ясно, почему. В этой академии было много молодых фейри с недавно пробудившейся магией, которые могли бы стать для нимф главной мишенью для нападения и кражи силы. Особенно две очень привлекательные Рокси и Гвендалина Вега.

Если бы я был нимфой, я бы испытал сильное искушение попытать счастья в краже их силы, пока они были необученными, легкими мишенями, и теперь мы точно знали, что эти существа были близко к академии.

Но интерес моего отца к нашим внеклассным экскурсиям официально возрос, Наряду с тем фактом, что ФВБ теперь как минимум связывало мое имя с человеком, убитым существами, на которых мы охотились, Лэнс настаивал на том, чтобы мы залегли на дно.

Я понял это на одном уровне. Он мой Хранитель, связанные кровью, чтобы защитить меня и обеспечить мою безопасность, а также он мой лучший друг, который заботился о моей безопасности. И между угрозой, которую представлял для нас мой отец, и угрозой, которую могло бы создать ФВБ, если бы они решили изучить нас поближе, у него было достаточно оснований для беспокойства. Мы использовали темную магию, а также устраивали незаконную охоту на нимф в свободное время, но я просто не мог отказаться от наших целей сейчас. Мы были так близки.

Не говоря уже о том, что охота на нимф была одной из немногих вещей, которые мне приходилось делать, что помогло мне снять часть напряжения, которое всегда накапливалось внутри моего черепа. Мне нужна была разрядка, чтобы выйти на бой. Назовите это жаждой крови, адреналином или просто бегством от дерьмовой реальности, в которой я жил большую часть времени, но так оно и было. Мне это было нужно, и я не собирался отступать. Особенно, когда некоторые из них были в пределах досягаемости, а угроза, которую они представляли, была так близка.

— Дариус!

Голос Макса привлек мое внимание, я огляделся и увидел, что он бежит ко мне с широкой улыбкой на лице, когда он догнал меня.

— Я думал, что это ты задумчиво идешь по тропинке.

— Я не задумчив, — пробормотал я, напрягая свои ментальные щиты, чтобы он не мог окликнуть меня за мою ерунду, но он, очевидно, уже все равно почувствовал мое настроение.

— Конечно. Так же, как ты не злишься как черт на Ориона из-за чего-то. Потому что сидеть с тобой сегодня на уроке Кардинальной Магии было все равно, что сидеть там и слушать скрежет зубов, пока я пропитывался всей твоей яростью.

Я закатил глаза, но не отрицал этого. Я тоже не стал вдаваться в подробности, и это заставило меня чувствовать себя немного дерьмово. Другие Наследники всегда были такими открытыми и честными во всем, что у них происходило, а я… нет.

Хуже всего было то, что они это поняли. Они не знали подробностей о том, что происходило в доме моего отца, но понимали суть, даже если я не мог им рассказать. Иногда мне хотелось, чтобы я мог, но иногда я полагал, что им лучше не знать. Это только обременит их на беспокойство о том, что они бессильны изменить.

Единственным выходом из клетки, созданной для меня отцом, была победа над ним. И я был единственным, кто мог это сделать. Как только я наберусь достаточно сил, чтобы победить его, я одолею его, займу место в Небесном Совете и навсегда изгоню из своей жизни.

Или, по крайней мере, это была красивая фантазия, ради которой мы с Лэнсом жили, потому что без этого у меня практически не было никакой надежды когда-либо выбраться из этой дыры и действительно проснуться с нетерпением ожидая своей жизни.

Макс одарил меня обеспокоенным взглядом и вызвал у меня несколько радостных эмоций, заставив меня провести рукой по лицу, прежде чем улыбнуться ему.

— Черт, кажется, я просто жалею себя сегодня, не обращай внимания, — сказал я, мысленно встряхивая себя и заставляя свои мысли уйти от отца и его власти над моей жизнью.

Когда я позволял себе зацикливаться на этом дерьме, все быстро становилось мрачным, что было довольно легко сделать, поскольку он имеет почти полный контроль над всем важным в моей жизни и постоянно следил за каждым моим шагом. Тем не менее, здесь, в Академии, у меня было гораздо больше свободы, чем в поместье, и у меня были друзья, за которых я готов умереть, так что не все было так мрачно. Мне просто нужно было взять себя в руки и перестать хандрить, как маленькая сучка.

Я немного снизил свои ментальные барьеры, позволив Максу поднять мне настроение своими дарами Сирены, и он облегченно улыбнулся, когда часть напряжения спала с меня.