Притворись мной, я буду тобой

— Ди, принцесса моя, — любимый мужчина гладил меня по бедру. А я стояла передним в его же белоснежной рубашке, и в ужасе смотрела на помолвочное кольцо, надетое мне на палец два года назад.

Всю сознательную жизнь мечтала о таком кольце, мужчине и союзе.

«Принцесса» — огромный бесцветный бриллиант отражался всеми гранями моего желания стать женой Баринова Ярослава Александровича, главного холостяка нашего небольшого сибирского городка.

Больше всего на свете я мечтала, чтобы именно этот красивый импозантный мужчина стал моим мужем. Меня гордость распирала от одной мысли, что нас видят вместе — в ресторане, на светском приёме.

— Яр, — я набралась мужества и подняла глаза на желанного мужчину. — Я знаю, что ты мне изменяешь.

Мой голос утонул в громком хохоте любимого. Насмеявшись вдоволь, Ярослав взглянул на меня своими зеленовато-серыми, и я утонула в его ярости. О! В такие моменты ему больше шло имя Ярый, как его прозвала моя сокурсница Лерка.

— Диана, это какое-то недоразумение, — огромные руки, покрытые светлой редкой растительностью, сгребли меня в охапку. — С того самого дня, как я принял решение жениться, у меня не было интима на стороне.

Я вздрогнула всем телом. Мне будто пощёчину дали. Нервно сглотнув, спросила:

— Ты принял решение жениться после позавчерашнего банкета в Коллегии адвокатов? — Из глаз выкатилась слеза. Одна. Затем еще одна.

— Что за глупости, малыш? Прекрати, — ласковые пальцы погладили меня по скуле и двинулись к расстегнутому вороту рубашки.

— Не надо, — заорала я, и вырвалась из рук обалдевшего от крика и моей прыти мужчины.

— Я не выйду за тебя замуж, — кусая губы выдохнула я, сдирая кольцо с пальца. Но оно не поддалось моей истерике, так и осталось сидеть как влитое.

— У нас свадьба через неделю! Мы ждали этого два года! — нежно проворковал Яр.

— Всё изменилось…

— У тебя есть какие-то неоспоримые доказательства? — Левая бровь Ярого поползла вверх.

— Да, — упрямо заявила я, протягивая любимому мобильный телефон.

— А-а-а, — пищала темноволосая адвокатесса, зажатая Ярым в углу туалета. Горячие объятия, долгий французский поцелуй. Руки Яра обнимают ягодицы чужой красивой женщины.

— Кто снимал?

— Ты забыл, что я учусь на юридическом. У меня есть много друзей…

Любимый погладил себя по мощной подкаченной груди, хмуро улыбнулся:

— Кажется, я знаю, эту залетную бабочку. Твоя подруга Валерия?

Я вздрогнула, прижатая правдой к стенке. Знала, что нужно врать. Яр слишком серьезный человек в адвокатском деле. Может испортить Лере карьеру.

— Нет, не она, — быстро выдохнула я. — Пожалуйста, не делай из нее терпилу.

— Мне решать, — глаза Ярого горели недобрым светом.

— Ярослав, при чём здесь мои подруги? Я не верю тебе!

— Два года верила, — процедил Яр. — Что случилось сейчас? Именно перед свадьбой?

— Тебе тридцать два года. Ты говорил, что нагулялся, встретил свою судьбу в моем лице, — мой голос дрожал.

— Я нагулялся. Клянусь, — упрямился Яр.

Но я его не слушала, знала, что мой мужчина слишком хорош в нападении, и продолжала гнуть свою линию.

— Оказывается, всё было ложью. Твои слова — пустой звук. Пшик… Я стянула с пальца обручальное кольцо и бережно положила его в ладонь любимого мужчины.

— Ты делаешь большую ошибку. Диана, одумайся! Где ты еще найдёшь такого как я?

В недоумении уставилась на мощную атлетичную фигуру, затем перевела взгляд на высеченное, будто, из камня лицо. Тонкие линии профиля, точеный нос, красивая линия губ, серо-зеленые глаза, в обрамлении мелких мимических морщинок, четкая морщина, пересекающая лоб. Видимо, выигрывать суды приходилось сложным мыслительным процессом. Все в городе знали, что Яр — стратег. Из любого дерьма вытащит. С одной оговоркой — только за большие деньги.

— Милый, я не собираюсь никого искать. Я перевелась с доплатой на юридический в МГУ. С понедельника приступаю к учёбе. Я уезжаю!

— Ди, ты не можешь так поступить со мной, — голос Яра впервые дрогнул и потерял нотки решимости. Я уже друзьям рассказал о нашей помолвке.

— Позови в жены адвокатессу. Думаю, мадам согласится.

— Ди, клянусь, у нас с ней не было секса. А поцелуй — это так, для дела. Поверь!

— Для какого дела?

— Тебе лучше не знать.

— А-а… Понятно. Яр, между нами всё кончено.

Медленно попятилась к двери, но Яр преследовал. Его огромная фигура настигла меня на выходе и впечатала в стену коридора. Две мощные руки легли мне на плечи.

Влажные губы зацеловывали мое лицо сантиметр за сантиметром, приближаясь к шее.

— Яр, прекрати, пожалуйста.

— Не уходи. Ди, обещаю, что исправлюсь.

Но я не поверила и ушла.

Конечно, я надеялась, что Яр меня разубедит, объяснит зачем он целовал ту самую Малиновскую, которая всегда защищала клиентов, против которых вёл дела мой отец.