Принцип Парето

Закон Паре́то (принцип Парето, принцип 80/20) – эмпирическое правило, названное в честь экономиста и социолога Вильфредо Парето, в наиболее общем виде формулируется как «20 % усилий дают 80 % результата, а остальные 80 % усилий – лишь 20 % результата»: то, что мы видим, не всегда соответствует действительности – всегда имеются скрытые факторы; то, что мы рассчитываем получить в результате, как правило, отличается от того, что мы получаем; большинство удачных событий обусловлено действием небольшого числа высокопроизводительных сил, большинство неприятностей связано с действием небольшого числа высокодеструктивных сил; бо́льшая часть действий являет собой пустую трату времени – они не дают ничего реального для достижения желаемого результата.

– Три порции кексов с изюмом, крендельки с карамелью и орехами, пончики с сахарной пудрой. И побыстрее там, – кричит Ксюша, а я мечусь по маленькой кухне кондитерской.

Небольшое помещение три на четыре, где есть место только для одного, а нас здесь со Светой двое. Как умещаемся – непонятно, ещё и успеваем вовремя выдавать блюда. Ну, как вовремя, предыдущий опаздывает на десять минут, а принимающая заказы Ксения уже кричит о следующем, подгоняя нас.

Дни бывают разные – суматошный, как сегодня, когда в семь вечера под конец рабочего дня, мы вымотаны на максимум. А иногда совсем пусто, словно все люди разом перестали употреблять сладости и перешли на здоровое диетическое питание.

Заканчиваю предыдущий заказ и перехожу к следующему под вопросительный взгляд помощницы, которая работает здесь чуть больше месяца.

– Рабочий день почти закончен, – цокает Света, замешивая тесто на пончики. – Она прекрасно знает, – указывает в сторону зала, где слышится требовательный голос девушки Ксении. – Не люблю её смены, куда приятнее работать с Верой.

– Согласна. Но не забывай, теперь она состоит в личных отношениях с хозяином, а значит, на голову выше нас, соответственно, её слово против нашего – она всегда права.

– Не она первая, не она последняя, – замечает Света, недовольно вздыхая, но продолжая. – Это ненадолго. Армен слишком влюбчив, чтобы остановиться на одной.

Тихонько хихикаем, понимая, что помощница права, и хозяин перебирает женщин со скоростью смены дней недели. Мне от этого не легче, как и от напряжённой обстановки дома. Каждый день, возвращаясь с работы, меня ждёт неизвестность: закончится ли вечер скандалом с битьём посуды, или я получу редкую возможность спокойно уложить ребёнка спать и крепко уснуть самой. Русская рулетка, где ставки делаю не я, да и выигрыш идёт в руки кому-то неизвестному.

Закончив позже на двадцать минут, бегу в сторону метро, чтобы через полчаса оказаться перед дверями квартиры. Поворачиваю ключ в замке, а открыв её, обездвижена криками мужа. Сегодня не мой день. Однозначно.

– Сука, куда ты дела водку? – накидывается с порога, не позволив мне снять верхнюю одежду. – Вылила?

Он едва стоит на ногах, покачиваясь в проёме двери. Стеклянный взгляд не предвещает ничего хорошего, накаляя обстановку.

– Не выливала. Сам вчера выпил, если забыл.

– Куда дела? – прижимает своим телом к стене, дышит тошнотворным перегаром, а я отворачиваюсь. – Говори! – встряхивает так сильно, что внутренности подпрыгивают.

– Ты. Её. Выпил.

Отталкиваю его руки, вырываюсь, чтобы пойти в соседнюю комнату и проверить бабулю.

– Как ты? – поднимаю одеяло и оцениваю масштаб катастрофы.

Рома к ней не заходил ни разу за весь день, уверена. Бабуля лишь мычит что-то невнятное, показывая глазами мне за спину.

– Опять дерьмом воняет! – прилетает реплика от мужа. – Достало!

– Это твоя бабушка, – напоминаю в который раз о родственных связях.

– Сдай её в хоспис.

– За него нужно платить, а в нашей семье я одна работаю и содержу себя, бабулю, ребёнка и тебя. Не хочешь мне помочь? – поднимаюсь в полный рост, пожирая злым взглядом то, что осталось от моего мужа и всё ещё не понимаю, когда Рома успел так деградировать, превратившись в алкоголика, основной целью которого является пополнение ежедневных запасов алкоголя.

– Это моя хата. Не нравится, пошла на хер!

– Мне некуда идти, – сглатываю нервный ком.