Приказ Императрицы (СИ)

Время, постой же, ведь жизни так мало.

Время, поверь мне, это так важно

Остановиться и вспомнить, как было,

Как под тем тополем всё было так живо.

Снова приближусь я к старому дому.

Душа снова плачет и не помочь горю,

Не вернуть прошлое, не вернуть жизни.

А тополь стоит, в нём есть ещё силы.

Когда-то был молод, с туманом мечтаний,

И пух его снежный танцевал над цветами,

Смотрел в окна дома и радовал души.

Все, кто его видел, был не равнодушен.

Я вновь подойду, постою под ветвями.

Я погляжу на окна воспоминаний,

Где было тепло мне, где не было горя,

Но тополь прошепчет снова и снова:

Нет той силы больше, чем есть у жизни,

Когда есть желание, радости мыслей,

Когда, побывав в воспоминаниях,

Выйдешь и снова будешь жить дальше...

«Снова сижу над книгой своих записей, воспоминаний. Записав это стихотворение в тетрадь стихов, я погладила висевший на стене кулон. Его кристальный глаз цвета индиго заставил слёзы подступить, а тоску по прошлому усилиться. Но тоска тут же перешла в радость того, что было прекрасное, что жалеть не о чем. Нет ничего вечного, увы. Всё проходит когда-нибудь, только время бежит неумолимо вперёд.

Я рада, что есть что вспомнить: и радости, и печали. Рассказываю здесь о них, что-то приукрашу, что-то скрою за нежеланием позволить худу пройти дальше в жизнь. Пусть плохое остаётся позади,» - Катя сделала запись в своём дневнике и глубоко вздохнула. Она вспомнила о доме, где жила с бабушкой и дедушкой, обстановку, вид из окон. Тепло прокатилось внутри и снова стало грустно...

Теперь нет ни бабушки, ни дедушки. Дом тот, та квартира — тоже уже принадлежит иным людям. Только никто не лишит того счастья: радоваться судьбе, которая подарила отраду жить, любить, ценить и помнить всё самое дорогое.

Катя взглянула на окно, на серое небо за ним, но улыбнулась. На душе царило спокойствие и желание росло написать дальше о том, что бабушка с дедушкой успели рассказать при жизни и оставить потомкам. Катя вспомнила, как в один из дней, когда она жила ещё с ними, пришла в гости университетская подружка.

Катя помогала ей составить нужный проект на компьютере, перепечатав его с бумажных конспектов в файл для распечатки. Катя могла вслепую и очень быстро печатать. Подруга же печатать на компьютере не любила, от чего была крайне благодарна Кате за помощь. Кате же было в радость помочь и чтобы тепло добрых глаз снова порадовало душу. Большего не просила, хоть подруга и всовывала немного денег за помощь.

Когда они в очередной раз встретились у Кати, бабушка закрыла к ним в комнату дверь и села вместе с дедом дальше смотреть телевизор. Катя сразу начала печатать, пока подруга рядом пила чай с пирогом...

-Ой, Катюш, какая прелесть! - пал её взгляд на лежащий на столе блокнот со стихами. - Можно почитать?

-Леночка, - улыбнулась Катя, чуть смущаясь. - Это мои стихи.

-Ты стихи пишешь?! - удивилась Лена.

-Да, - пожала плечом Катя. - Вдохновлена рассказами бабушки и дедушки о прошлом да об их жизни. Хочу всё собрать однажды вместе и создать много книг. Может мои дети когда прочтут и их записи, и мои.

-Какая ты молодец! Ну, ты быстро напишешь всё! Я вот не дружу с компьютером, - улыбнулась Лена и откусила кусок пирога. - А бабушка твоя чудесно печь умеет!

-Ой, Лен, и меня учит, - засмеялась Катя. - Только не подружусь я с дрожжами наверное никогда.

-Каждому своё, верно? - подмигнула в поддержку Лена.

-Да, так и бабушка говорит. Она всё любит примеры приводить из своих рассказов, - вспоминала Катя.

-Ой, расскажи? Я тоже такое люблю! - воодушевилась подруга послушать.

-Это про одного человека, из рода Морозовых, - улыбнулась Катя и почувствовала, что смущается при рассказе точно так же, как всегда смущается дедушка, которого спрашивают рассказать о себе. - Его звали Иваном. Бежал однажды из дома, искал свободы. Крепостные они тогда были... Это ещё во время Екатерины Великой. Ну,... побывал много где, на кораблях служил, а когда полюбил, понял, где его место. Оставил он море, не стал служить и при дворе, хотя была возможность. Его возлюбленной была одна из служанок там. Служила она фрейлине.

-Как интересно! Я уже будто фильм смотрю, Кать! Знать прошлое так может помочь! Расскажи же подробнее! - с восторгом говорила Лена.

Катя достала из первого ящика стола записи и прижала их к груди. Она переполнена была радостью, что не только ей интересно всё произошедшее...

Заканчивалась весна 1788 года весьма тревожно. Чувствовалось волнение в Европе, России и в ближайших государствах. Потёмкин, Григорий Александрович, следивший за войной с Турцией часто переписывался с государыней Екатериной II.