Приговоренные к жизни

Кора Мактрауб — одно из самых обсуждаемых имен отечественной фантастики. Ее книги расходятся миллионными тиражами по всему миру. Что заставило успешную писательницу на пике славы покинуть столицу и поселиться с дочерью в далекой северной деревушке, променяв светскую жизнь на тихий домик у озера? Об этом читайте в нашем эксклюзивном интервью.

«Комсомольская правда», 2014, 28 мая.

— Духтари бадбахт! Духтари бадбахт!^{1}

— Сколько раз тебе говорили: Саера, хватит болтать по-своему! Ничего не понимаю! — проворчала Валентина, не открывая глаз.

— Милая! Ты проснулась?! Тебе принести пить?

— Да! И есть, и пить — все, что ты обычно делаешь! И убавь свет! Глазам больно.

— Я не включать свет. Это солнце, милая. Солнечный свет, — старая служанка торопливо задернула шторы. — Как же хорошо, что ты, дорогая, проснуться!

— Не «проснуться», а «проснулась»! Быстрее, Саера! Я пить хочу!

— Уже бегу, моя хорошая!

Девушка, лежащая в кровати, глубоко вздохнула.

Черт! Опять я на нее наорала. Не хотела ведь! Как же это бесит! Доктор Крязин говорил, что злиться — нормально… в моем случае. Но от этого не легче.

У Валентины кружилась голова. Подташнивало. Она оторвала голову от подушки и со стоном села. С трудом разлепив тяжелые веки, девушка огляделась. Обстановка никак не изменилась. Все тот же шкаф, полки с книгами, кресло, обтянутое искусственным мехом.

Наш дом. И я все еще в нем. Так… Как там учил доктор? Меня зовут Валентина Белозерова. Я родилась четырнадцатого марта. Мне шестнадцать лет.

На перекидном календаре стояло число — двадцать седьмое июня.

Вот это да! Почти треть лета проспала. Ну хорошо, что не половину, и на том спасибо. Лучше б впадала в спячку только зимой. Хоть какой-то плюс — заснула осенью, проснулась весной. И никаких тебе вьюг, морозов и обмороженных носов… Ладно, надо встать. Как же спину ломит…

Синдром Клейне-Левина Валентине поставили в тринадцать лет. Его еще называют «синдромом спящей красавицы». Звучит красиво, а на деле — сущий кошмар. Она могла проспать и несколько суток, и неделю, и месяцы. Вставала лишь, чтобы поесть и сходить в туалет. А потом опять проваливалась в бессознательное состояние. Врачи только разводили руками. Никто не знал, отчего это происходит и как это лечить.

У зеркала Валентина попыталась развязать узел из волос. Безрезультатно.

Спящая красавица… с гнездом на голове!

Придется просить Саеру разобраться с волосами, самой не справиться.

Валентина с досадой ущипнула себя за щеку.

Хоть бы один юношеский прыщ выскочил! Пропадает красота нецелованная! Вот только принц поцелуем меня вряд ли спасет. Нет на планете таких королевских особ. Да и жизнь — не сказка… Ладно. Хоть на кашалота не похожа. Если учесть, сколько я съедаю после спячки — вполне даже сойдет! А жор на меня нападает адский в такие моменты.

Громко заурчал желудок.

Сейчас, дорогой. Тетушка Саера не даст нам умереть с голоду.

— А вот завтрак, обед и ужин, — служанка зашла в комнату, толкая перед собой тележку, заставленную подносами.

Валентина набросилась на еду с жадностью. Затолкала в себя бутерброды и жареную курицу с гарниром. Горячий суп, глоток чая, закусила яблоком. Остановилась лишь тогда, когда поняла, что больше в нее физически не влезет. Валентину не смущало присутствие служанки, ведь Саера давно уже привыкла к такому зрелищу.

— Спасибо, Саера. Извини… за мое поведение.

Служанка улыбнулась и понимающе кивнула.

— А мама? Она дома?

Саера отвела взгляд и что-то пробормотала на родном языке.

— Ну я же не понимаю по-твоему.