Причуды владыки Ардара

Массагеты, савроматы (сарматы), сакасены (саки), тохары – это кочевые народы, создатели могучих и обширных государств, населявшие просторы Евразии от хребтов внутренней Монголии до реки Дон. Те, которых часть исследователей считает ариями, часть иранцами и туранцами, но все они относились к группе европейских народов, все они были индоевропейцами. Это потом, спустя сотни лет, на их земли пришли узкоглазые завоеватели с востока, принадлежащие к монголоидной расе. Завоеватели безжалостно перебили потомков этих народов (саскасенов, хорезмийцев, карлуков, кипчаков и других), заселили их земли, а сегодня набираются наглости присваивать себе великие достижения этих индоевропейских народов – владык степи.

О жизни сакасенов, массагетов, тохар в первой половине первого тысячелетия до н.э. в художественной форме рассказывает эта книга.

I

Владыка Ардар, повелитель многочисленного народа сакасенов, считался могущественным и богатым правителем. Его уважали соседи, опасались недруги, с ним считались даже вожди таких могущественных народов, как массагеты и тохары, чьи бесчисленные стада паслись к северу от многоводной и великой реки Яксарт¹.

Ардар, полновластный владыка среди своих подданных, был доволен жизнью и собой. И чего не быть довольным: богатство есть; уважение есть; власть есть. Дом полон дорогой утвари; в гареме красивейшие женщины; сыновья – наследники рода – многочисленны. Чего еще желать повелителю скотоводов. Здоровье у владыки – любой позавидует. Видный собой, широкоплечий, с сильными руками, способными сжать в лепешку золотой кубок, грозный воин, чье имя гремит в степи. Победитель многих врагов. Великолепный наездник. Любимец женщин. Э, да что говорить – куда ни кинь – все прекрасно!

А потому Ардар, развалившись на резном троне, покрытом золотыми пластинами, с серебряным ритоном в руке, который время от времени наполнял пьянящим напитком слуга, стоящий за спиной, с усмешкой смотрел на пирующих вождей племен, тысяцких войска, старейшин родов и знатных семей. Пируют. Пируют его ближайшие сподвижники и опора трона. Прославленные воины, мудрые старики, сыновья, братья, шурья, иные родичи.

Владыка жестом подозвал, стоящего неподалеку, начальника телохранителей, знаменитого воина Комала, и обратил его внимание на Худату, первенца и будущего наследника трона. Худата, тонкокостный, смазливый юноша, чье девятнадцатилетие недавно минуло, явно перебрал опьяняющего, и теперь его то и дело тянуло упасть лицом в миску с мясом, что стояла как раз напротив него. И если ему это не удавалось, то только благодаря Бузгару, старейшины рода Волка, кто удерживал воспитанника от позорящего мужчину поступка.

Комал был немногословен, но деятелен. Двое рослых воинов из охраны владыки подступили к Худате, подхватили под руки и вынесли из шатра.

Ардар кивнул Комалу в знак благодарности и перевел взгляд на своего второго сына, семнадцатилетнего Иргара, который выделялся среди пирующих грустным выражением лица.

Владыка знал причину этой грусти. Скука. Иргар не любил пиров, не пил опьяняющих напитков и страшно скучал на подобных сборищах. То ли дело военные игрища, в которых можно и себя показать и других посмотреть, или поле боя, где в жестокой сече сходились два войска. Там Иргар был в своей стихии. И не удивительно. Наследственность сказывалась. Иргар был сыном воинственного Ардара и легендарной Зенайи, женщины – воительницы, павшей в бою много лет назад. Прекрасная Зенайа (мать Иргара была не только храбрым воином, но и всеми признанной красавицей) так яростно, с таким бесстрашием сражалась в битве у Трех скал, что не только остановила со своим отрядом таких же воительниц натиск отборной гвардии владыки тохар, но и обратила в бегство самого владыку – прославленного Абадаха, тем самым, решив судьбу битвы и войны в пользу сакасенов. Ей не повезло тогда. Шальная стрела сразила Зенайю в самом конце битвы, когда воины Ардара уже торжествовали победу. Иргар с младенчества слышал рассказы о подвигах отца и матери, и стремился ни в чем не уступать старшим.

Ардар решил отвлечь сына от грустных мыслей, развеять его скуку.

– Иргар, сын мой, – обратился он к юноше.

– Да, отец.

– Я слышал, ты присмотрел себе девушку в жены. Привез бы невесту, представил нам.

– Вы дозволяете отец? – враз оживился юноша.

– Не только дозволяю, но прошу: представь нам ту, кто войдет в нашу семью. А еще лучше, если ты пригласишь к нам на праздник Нового года весь ее род. Может, наши юноши присмотрят еще кого из девушек, а их юноши присмотрят себе наших девушек.

– Спасибо, отец. Завтра же выезжаю.

– С нетерпением буду ждать твоего возвращения сынок. Тахмтан, сын мой, по-моему, тебе хватит. Комал, пусть воины проводят Тахмтана к себе.

Ардар вновь перевел взгляд на своего второго сына и усмехнулся. Иргар сиял. Его меланхолию и грусть, как рукой сняло.