При свечах

Это было давно…

Эту заброшенную, обшитую белыми досками церковь Джейк отыскал на окраине города. Она стояла на небольшом холме. К порталу вели пять бетонных ступенек. Перила небольшой лестницы покосились, краска во многих местах облупилась, но издали она смотрелась совсем неплохо, красиво выделяясь на фоне пасмурного неба. Оно было сейчас таким черным, что Кейти Тиндел поежилась.

Закутавшись в темно-синюю куртку с эмблемой спортивной лиги, — это была куртка Джейка, которую он заботливо набросил ей на плечи, — она крепко сжала его руку.

— Смотри, как темно, — прошептала она.

— Так это же еще лучше. — Он улыбнулся, сверкнув белоснежными зубами, и в его серо-голубых глазах заплясали восторженные искорки.

Эта улыбка воспламенила, зажгла в ней ответный огонь. Джейк обнял ее, и они, прильнув друг к другу, начали подниматься по лестнице. В этот момент небо осветила вспышка молнии, а следом сразу же ударил гром.

Они посмотрели друг на друга. Губы Джейка раскрылись, и Кейти вдруг каким-то образом ощутила, что их сердца бьются в унисон. Она, конечно, о чем-то думала, но если бы ее спросили, о чем конкретно, то сказать вряд ли смогла бы, потому что от счастья у нее в голове была сплошная мешанина.

Джейк наклонился и поцеловал ее.

И тут наконец хлынул дождь. Как из ведра. Он мгновенно накрыл их мерцающим серебряным покрывалом. Очередная вспышка молнии, запах озона — все это усиливало чувство приятного возбуждения, понятного сейчас только им двоим.

Кейти побежала по бетонным ступенькам наверх, воздев руки к небу и подставив лицо дождю. Джейк засмеялся. Нагнав девушку, он взял ее на руки и понес к дверям церкви. Здесь, не выпуская ее, он стал одной рукой нащупывать ручку, а Кейти целовала его. Дверь со скрипом отворилась. О том, как ее отпереть, Джейк позаботился заранее. Но ведь ничего плохого в этом не было. Верно? Ну зашли без спроса в покинутую церковь, так ведь добрый Боженька за это их наказывать не будет. Нет, он не станет их даже осуждать. Потому что это их день. Сегодня решается их судьба. Их будущее.

И эта пустая церковь с табличкой «Продастся», которая мелькнула перед ними в самом начале дорожки, — они на нее и внимания-то не обратили, да и не видна она была из-за ливня, — это тоже была их церковь. Их заветный храм. Они запрутся позже, а сейчас Джейк только притворил ногой дверь.

— Я люблю тебя, — прошептала Кейти ему на ухо.

— А я люблю тебя еще больше, — ответил он.

Это была их любимая игра. Они играли в нее не переставая с начала учебного года — последнего года в школе, — и вот теперь, когда окончание, казалось, не за горами, их любовь начала приобретать новые черты. Потому что любовь была, а физической близости не было. Ну что, спрашивается, это за любовь? Пришла пора пробить брешь в этой стене. Но они решили сделать это не просто так, а только после того, как «обвенчаются» в церкви. Разумеется, все делалось тайком от родителей. Они планировали это давно, и вот настал долгожданный апрельский вечер, когда под аккомпанемент дождя они дадут наконец друг другу клятву вечной любви.

Джейк нес Кейти к алтарю. Его шаги гулко отдавались в помещении. А оно насквозь продувалось, потому что окна побили мальчишки. Только одно из них было закрыто листом фанеры — наверное, какой-то добродетельный прихожанин постарался.

Скамьи — единственные свидетели на церемонии «венчания» Джейка и Кейти — выстроились ровными рядами и застыли по стойке «смирно». Опустив Кейти на ноги перед алтарем, мраморное подножие которого было покрыто ковром из сухих листьев, он взял ее лицо в свои холодные крепкие ладони. И они застыли, глядя друг на друга, окруженные океаном любви.

— Поищи в карманах моей куртки, — попросил Джейк, и Кейти нащупала и достала оттуда две белые свечи, два маленьких хрустальных подсвечника, картонную спичечную книжечку и Библию. Она торжественно протянула эти сокровища своему «суженому».

Джейк вставил свечи в подсвечники и установил их на алтарь, затем чиркнул спичкой — и фитили вспыхнули маленьким золотисто-голубым пламенем.