Презумпция виновности (СИ)

— Сколько на все уйдет времени?

Девушка, внимательно вчитывающаяся в каждую строчку каждого документа, кипой лежащих на столе, вздрогнула от раздавшегося прямо над ухом голоса.

— Извини, отвлеклась. Что ты спросил?

— Я спрашиваю, сколько на это нужно времени. Месяц, два? — мужчина нетерпеливо передернул плечами и сел на подлокотник её кресла.

— Какой месяц?! Не меньше полугода. И то, если здесь нет никаких ошибок… — листы оказались небрежно отброшены в компанию своих собратьев, а тонкие пальцы сжали виски в попытке унять усиливающуюся боль.

— У тебя какие-то сомнения?

— Пока не пойму. Вроде, все чисто, но… Вот скажи, на кой черт москвичам лезть туда, где и своих игроков хватает? Это не то, что не их регион или Тульская или Тверская область, которые в хорошую погоду с МКАДа видно, у нас вообще другой край света! Что эта фирма тут забыла?

— Солнышко, тебе не все равно? — знакомые руки уже привычными движениями начали разминать сведенные от усталости мышцы шеи. Девушке хотелось попросить жать не так сильно, но потом передумала — если мужчина проявляет инициативу, это нужно поддержать. — Ты же в этом лучшая, проблемы заранее видишь…

— В том и дело, что их тут почти не предвидится. Слишком хорошо и гладко, — она встала, все ещё пытаясь осознать, что именно грызет изнутри. И ведь не сильно, а как будто комариный писк над ухом — тихий, но бесящий своей монотонностью. — И это странно. Ну, не бывает у нас в стране все так легко и просто!

— На тебя не угодишь! — нотки нежности из голоса пропали напрочь, сменившись раздраженностью и попыткой утихомирить капризничающее дитя. — В прошлый раз ты жаловалась, что пришлось чуть ли не наизнанку выворачиваться, теперь — что слишком просто!

— Я ни на что не жалуюсь. Просто мне это не нравится, — Соня быстро взяла себя в руки и повернулась к нему уже с улыбкой на губах. — Давай сходим куда-нибудь? Хочу немного отвлечься, может, получится все понять на свежую голову.

— У меня встреча через полтора часа, освобожусь часов в семь, — он приблизился к так и стоящей, замерев с недовольно сведенными бровями, девушке. — К восьми будешь готова?

— Конечно. Ты же знаешь, я быстро собираюсь, — она ответила на дежурный поцелуй и по привычке поправила узел темно-серого галстука, подчеркивавшего цвет его глаз. — Счастливо.

— И ты не скучай.

Дождавшись, когда за ним закроется дверь, девушка вернулась к изучению всего того, что простому человеку показалось бы бесовскими записями. Но Соня Маркевич именно на таких делах сделала… Нет, не имя — как раз это было бы чрезвычайно опрометчиво. Деньги и репутацию. В лицо же её знали единицы. И это было благом, если учитывать, что именно она проворачивала. Конечно, случались и в её карьере провалы, куда же без этого, но она уже давно научилась страховаться.

А в данном случае страховка точно понадобится, и весьма серьезная. Потому что она не могла объяснить отчего, но то самое, что называют "чуйкой", при одном только упоминании именно об этом деле начинало истошно сигнализировать о повышенном уровне опасности. Но она, хоть убей, не могла понять — почему. Все, как Соня и сказала только что, довольно чисто и прозрачно. Ну, на первый взгляд. Если копнуть, содержимое окажется не намного лучше содержимого ассенизаторской машины, но это везде так.

Итак, ещё раз.

Участники тендера…

— Повтори ещё раз.

Соня, у которой подогнулись коленки, едва не села мимо стула. И очень надеялась на то, что слова Кирилла, её гражданского мужа, были признаком начинающихся слуховых галлюцинаций.

— Могу и пять раз повторить, только теперь нужно думать, что делать, — молодой человек выглядел не лучше самой девушки, которая нехорошо побледнела, услышав последние новости.

— Ты сказал, что проверял всех участников тендера. Так какого черта теперь, больше, чем через полгода, когда механизм уже запущен и его так просто не свернешь, выясняются такие подробности?!

— Не ори! Не знаю я, как такое получилось! — Кир оттолкнулся от края стола и резким движением, выдающим злость и растерянность, подтолкнул к Соне бумаги. — Главный вопрос в другом — что теперь делать?

— Это ты у меня спрашиваешь? — Маркевич, хоть и пыталась держать себя в руках, но пальчики, которые потянулись к документам, заметно подрагивали.