Преступление с того света (журнальный вариант)

«Посвящается всем, кто отважился прочитать мою первую книгу. Дай Бог не последнюю…»

– Следующий, проходите! – раздался громкий голос.

Бархоткин встал с пластмассового подоконника и вошёл в светлую аудиторию. Преподавательница просканировала его взглядом, после чего неодобрительно покачала головой, а затем принялась с аппетитом очищать банан от жёлтой кожуры. На Бархоткине были обычные летние шорты и белая майка-алкоголичка, на ногах красовались китайские резиновые сланцы.

– Вольдемар, вы бы ещё в трусах на экзамен пришли! Тяните билет.

– Билет номер восемь.

– Идите, готовьтесь.

Вольдемар Бархоткин сел за изрисованную парту и стал готовиться. Первый вопрос не предвещал ничего хорошего и звучал следующим образом: «Маленький человек в русской литературе девятнадцатого века». Второй вопрос, оказался намного хуже первого, поэтому Вольдемар не стал заморачиваться по столь незначительному поводу. Он просто сидел и с глупым видом смотрел в окно. Прошло примерно с четверть часа…

– Вольдемар, ну хватит там сидеть! Идите отвечать… А кстати, где ваш товарищ Семён Верёвкин, он собирается нас сегодня почтить своим присутствием?

В данный момент, студент заочного отделения филологического факультета Семён Верёвкин, сидел в позе лотоса в городском парке и ждал покупателя, чтобы сбагрить ему «кораблик» травы. Медитацию Семёна прервал проходящий мимо полицейский патруль. Сотрудники патруля знали Верёвкина по предыдущим подвигам.

– Эй, мудел удолбанный! – Сказал младший сержант и ударил Верёвкина ногой.

Почувствовав соприкосновение с чем-то тяжёлым, Семён с неохотой продрал глаза, посмотрел вверх. Сфокусировал взгляд и увидел нависающие над собой грозовые тучи, а так же орущих ментов.

– Подъём! Давай вставай, нах… – Кричал старший сержант. – Доставай из карманов всё, что есть!

Повинуясь, Верёвкин поднялся с земли и выгреб из карманов: пачку сигарет, зажигалку, ключи, пакетик семечек, шариковую ручку, горстку железных монет и две смятых бумажки, достоинством в сто и пятьдесят рублей.

– Так… И всё?! – Спросил старший сержант.

В воздухе повисла тишина.

– Точно, всё?! – переспросил младший сержант.

– Это всё, – неуверенно ответил Семён, сомневаясь в правильности собственного ответа.

– А вот мы сейчас проверим, всё или не всё. Руки поднял свои, – сказал младший сержант и приступил к тщательному обыску. – Опа! А это чо у нас такое?! – Младший сержант достал из внутреннего кармана верёвкинского пиджака спичечный коробок с зелёной начинкой.

– Ну, такое… Это типа, а не моё… Я эта… Нашёл. – Жалостно промямлил Семён.

– Конечно не твоё, кто бы сомневался… Пошли в отделение, – сказал старший сержант.

В правом кармане завибрировал мобильный телефон, пришло сообщение: «Менты меня приняли с травой. Выручай! Нужны срочно бабки, крайний срок завтра. Иначе меня закрывают. Верёвкин». Дочитав послание из мест не столь отдалённых, Вольдемар увидел, как к нему приближается студентка Анна Беатричева. В отличие от фригидных прожжённых жизнью женщин бальзаковского возраста, которых ничем не удивишь, даже «квадратным двухчленом». Студенточка-первокурсница Анна Беатричева, так и пышет жизнью, готова познавать новое и удивляться всему, подобно невинному младенцу! О, это ангельское, смазливое личико с чистыми, голубыми как небо глазами. Студенточка-первокурсница в лёгком ситцевом платьице, навсегда нарушит твой покой бытия.

– Привет, как дела?! Ну, что сдал? – спросила Беатричева.

– Ага, тройбан! А ты?

– Сказали между двойкой и тройкой, в общем осенью идти на пересдачу.

– Сочувствую, – соврал Бархоткин, хотя на самом деле, ему было абсолютно всё равно.

– Да ладно, – отмахнулась Беатричева. – Ты лучше скажи, какие у тебя на сегодня планы?

– Вроде никаких… Есть предложение?

– Есть. Поехали ко мне домой в Колычёво коньяк пить? – Сходу предложила Беатричева. – Хотела сначала преподу взятку дать, чтоб экзамен проставил, а он не пьёт, гад. Я уже после узнала, что он закодировался. – Беатричева продемонстрировала пятизвёздочный коньяк. – Не пропадать же теперь добру, поехали!

– Вообще заманчивое предложение. А у тебя есть кто дома?

– Неа, никого нету.

– Ну, тогда не вижу препятствий! Чего стоим? Пошли коньяк пить.

Темнел рядовой серый зимний день, холодно, прохожие кутались в шарфы и вжимали головы в плечи. Ярко мерцала вывеска торгового центра, привлекая внимание освободившихся после работы людей, заманивая глупеньких мотыльков на свет импортной лампочки в «сельском нужнике». Оживлённо, несмотря на нечищеные дороги, мчались маршрутки и тяжело гремели переполненные трамваи, исчезая в сумраке уходящего дня, видно было, как с шипением сыпались с проводов жёлтые искры. Рядом пыкались легковые автомобили, не зная, как им лучше припарковаться на узком пространстве около торгового центра. У входа, в который и состоялась эта судьбоносная встреча.