Прерванный сон

Эллен Дэвис пребывала в отвратительном настроении. В очередной раз она посмотрела на себя в огромное зеркало примерочной кабинки и недовольно поморщилась. Да и как тут сохранить самообладание, если собственное отражение напоминает чудовищную коровницу, а не девушку деликатных привычек из приличной семьи.

— Дорогая, ну что ты там копаешься? Берем костюмчик, смотри какой хорошенький!

Лиловая занавеска отодвинулась, и в кабинке показалось хорошенькое личико ее приятельницы Бриджит. Вот уж кому незачем было комплексовать по поводу внешности и фигуры!

— Обтягивает, — недовольно пробурчала девушка, безуспешно пытаясь застегнуть верхнюю пуговицу синего твидового пиджака. — А если взять на размер больше, будет висеть. Дурацкая грудь! Ни в один размер не помещается!

— Да ладно, тебе идет, — довольно легкомысленно заметила Бриджит, самодовольно оглядывая себя в зеркале. — Смотри, как синий подчеркивает цвет твоих глаз.

Тонкая фигурка, коротко стриженные темные волосы, зеленовато-серые глаза. Девушка напоминала очаровательную змейку, бездумно греющуюся на солнышке. Эллен никогда не видела подругу недовольной или сердитой. Бриджит великолепно умела держать себя в руках и соответствовать ожиданиям окружающих. Сама то Эллен ничем таким похвастаться не могла.

— Идиотский костюм! Ничего он мне не идет! Сколько не меряешь, всегда одно и то же! И пуговицы уродливые, слишком большие.

— Просто ты не в состоянии посмотреть на себя со стороны. Объективно.

— А откуда я, интересно, смотрю? Изнутри?

— Ты смотришь на себя глазами своей матери!

— Да ладно, брось. Тут, как ни смотри, результат все равно остается тем же. Я нехороша, и подобное положение вещей уже не изменишь.

— Буд-то!

— Нет, Бриджит, мы совершенно напрасно сюда пришли. Зря я согласилась.

Пиджак небрежно повис на плечиках, юбка отправилась туда же. Несостоявшаяся покупательница облачилась в странного вида и покроя длинное коричневое платье, сидящее на ней мешком, зато надежно скрывающее очертания тела.

— И кудряшки эти поганые! Какое с ними мучение каждый день. — Эллен энергично заколола шпильками выбившиеся из строгой прически светлые длинные пряди, которые и вправду вились упрямыми спиралями.

— Многие девушки были бы рады… — начала Бриджит привычную речь.

— Ни слова больше об этом! Не будем портить себе настроение. Что ж, костюм решительно не подходит, ну и не надо, и совершенно неважно. У меня достаточно одежды дома, так что пойдем пить кофе.

С этими словами Эллен пулей вылетела в гул и столпотворение огромного магазина готовой одежды, оглядывая бесконечные ряды вешалок и соображая, откуда же она сняла злополучный пиджак. Манекены в элегантных нарядах — улыбающиеся женщины и мужчины в самом расцвете сил, с модными прическами, полностью соответствующие стандартам своего размера, — следили за бедняжкой насмешливым взглядом. Шумная толпа обтекала ее, словно посторонний предмет, мешающий течению реки или ручья, совершенно не замечая.

Чудовищная рассеянность — вот качество, которым мисс Эллен Дэвис, возраст двадцать лет, рост метр семьдесят, волосы белокурые, могла бы похвастаться. Она забывала все, всегда и везде. Язвительная Бриджит шутила, что подруга явно стала самой молодой в мире жертвой болезни Альцгеймера. На самом деле подводили несчастную вовсе не сосуды головного мозга, а патологическая и неистребимая склонность к мечтаниям.

Так, где же эта стойка? Направо? Или, может быть, налево? Эллен стремительно шла, цокая каблучками и гадая, куда же теперь повесить костюм. Огромное количество посетителей в универмаге заставляло ее нервничать и сбивало с толку. Девушка, как обычно с ней случалось в таких ситуациях, ощутила себя полной дурой. Она с величайшим трудом заставила себя выпрямиться и продолжить путь. На то, чтобы сориентироваться, выдержки уже не хватало.

Зеркальные стены магазина беспристрастно отразили молодую женщину в уродливом коричневом платье, с бледным лицом и огромными глазами лунатика. Она судорожно сжимала в руке вешалку со злополучным и весьма элегантным костюмом. Костюм и тот молчаливо презирал Эллен. А ведь Бриджит наверняка уже ждет ее в кафе, ужасаясь, по своему обыкновению, медлительности и рассеянности подруги.

У меня ничего не болит, уговаривала себя Эллен, убыстряя шаг. У меня нет ни агорафобии, ни клаустрофобии, ни какой-либо там еще фобии. Я получила заключение дипломированного специалиста-психоаналитика. Я ничего не боюсь. Мне просто нужно дойти до нужной стойки, повесить снятую оттуда вещь и пойти пить кофе с Бриджит. За столиком станет легче, особенно если я еще сяду лицом к стене. Там не будет зеркал, и…

Бум! Хрясть! Предательски скользкий пол магазина кинулся под ноги, каблук подвернулся, и Эллен полетела куда-то вперед, крепко сжимая в руке вешалку и мысленно подсчитывая количество конечностей, которые переломает, когда врежется сейчас вот в этот манекен…

— Мама! Ой… Помогите!