Преподобный Симеон (Желнин)

• Иеросхимонах Симеон говорил: «Помни: ближе Бога к нам никого нет… При слове “Бог” любовью наполняйся».

• Наставлял: «Думай: держит меня в Своей руке Господь, посему я еще похож на человека. Попустит Господь – и сделаешься хуже скота и злее беса».

• Наставлял еще: «Могут быть прощены грехи твои многие, если за тебя будет много молящихся, – делай добро, пока не поздно, люби всех».

• Старец советовал: «Благодари Бога – и вновь получишь то благо, за которое благодаришь».

• Еще говорил: «Дивный дар Господень – человеческая жизнь! Не купишь ее, не заработаешь. На, человек, приими награду бесценную! Радость, радость, великая радость!»

• «Цель жизни, – говорил отец Симеон, – стяжать Духа Святого».

• Он же говорил: «Что рыба в воде – то человек должен быть в Боге».

Преподобный Симеон (Желнин). Начало 1950-х годов

• Преподобный Симеон (в миру Василий Иванович Желнин) родился в деревне Яковлевской Псковской губернии в крестьянской семье. Родители его были глубоко верующими, богобоязненными и благочестивыми людьми.

• Старец вспоминал, как в родительский дом приезжал монах Крыпецкого монастыря Корнилий, ныне причисленный к лику местночтимых святых Псковских. Оставался ночевать в их доме и часто повторял отроку Василию: «Будешь ты монахом, будешь старец великий». Иногда брал мальчика с собою для сбора средств на монастырь и при этом говорил: «Вася, вот здесь не дадут, а вот здесь – подадут нам». Так и было.

• Будучи еще ребенком, Вася услышал от людей рассказы о жизни старца Серафима, Саровского чудотворца, и желая подражать великому подвижнику, нашел в поле большой камень и стал на нем молиться.

• В двенадцать лет вместе с родителями он ходил в Псково-Печерский монастырь, чтобы поклониться древним святыням и помолиться перед чудотворными иконами обители. В обители отроку так понравилось, что он задумал остаться здесь навсегда, и эта мысль не оставляла его, пока не исполнилось его желание.

• В двадцать лет Василий стал просить отца, чтобы тот отпустил его в монастырь, но отец и слушать об этом не хотел и заявил юноше: «Женить тебя надо, а не в монахи». Но юноша стоял на своем, твердо заявив отцу, что не будет жениться никогда. Так продолжалось несколько лет, пока отец не убедился в серьезности намерения сына стать монахом. Тогда он разрешил Василию выстроить в усадьбе домик, где будущий подвижник жил и молился в уединении.

Псково-Печерский монастырь. Начало ХХ века

• Позднее старец вспоминал: «В это время жил в нашей местности старец Симеон, как звали его наши деревенские люди и считали его за блаженного. Этот старец приходил в дом отца моего. Родители принимали его, и он иногда оставался ночевать. И вот однажды я решился просить его совета и благословения идти в монастырь. Но он не дал мне на это никакого ответа. А вот в одно прекрасное время приходит к нам в дом и говорит отцу: “Я пришел к тебе умирать”. А я в это время подхожу и говорю: “Батюшка, благослови меня в монастырь!” Он берет веревку, свернул ее жгутом, и давай меня бить и гнать из дома во двор, со двора на улицу, и гнал вдоль улицы за деревню, а потом вернулся домой, сел на лавку, затем лег – и умер. Люди, видевшие это, сказали, что он выгонял меня из дому идти в монастырь. Но отец по-прежнему не хотел отпускать меня, но потом смирился и отпустил».

• В 1896 году Василий поступил послушником в Псково-Печерский монастырь. Архимандрит Мефодий (Холмский), наместник монастыря, взял его к себе келейником. Отец Мефодий был очень почитаем народом, а перед кончиной в Санкт-Петербурге его соборовал и причащал святой праведный Иоанн Кронштадтский.

Архимандрит Мефодий (Холмский)

• Кроме послушания келейника, Василий ходил и на общие послушания с братией. Часто приходилось работать с пяти часов утра и до позднего вечера. Позднее он вспоминал об этом времени: «И так продолжалось пять лет, и в продолжение этого времени мне мало приходилось спать на постели, а большей частью засыпал, сидя за столом за книгой, и, бывало, проспишь так до утра, когда уже надо идти на работу».

• Еще вспоминал, как воздерживался от праздного общения: «Летом после работы молодые послушники и монахи, бывало, собирались отдыхать на свежем воздухе на Святой горе, в саду, и меня приглашали с собой, но я всегда отговаривался и уклонялся от их бесед ввиду того, что наместник давал послушания сделать то или другое, так как я имел специальность столяра-краснодеревца. Я имел свой столярный верстак и инструмент, а также и токарный станок по дереву, мог вытачивать разные вещи в свободное время».