
Преподаватель симметрии
Описание
Андрей Битов, признаваясь, что не писал роман "Преподаватель симметрии", а перевел утерянную иностранную книгу, рассказывает историю жизни писателя Урбино Ваноски. Произведение состоит из отрывков и сюжетов его произведений, которые можно читать как отдельные рассказы или последовательно, улавливая эхо между ними. Книга, написанная в уникальном стиле, предлагает глубокий взгляд на творчество и жизнь писателя, погружая читателя в мир литературных загадок и литературной истории. Автор исследует тему творчества и восприятия, предлагая читателю задуматься о природе литературного наследия и его влиянии на нас.
© Битов А.Г.
© Сурат И.З., статья
© ООО «Издательство АСТ»
© Электронная версия книги подготовлена компанией ЛитРес (www.litres.ru)
Мы живем в такое время, когда пишутся самые парадоксальные сочинения, но не тогда, когда они имеют успех.
– Мне кажется, синьор, – сказала Ревекка, – что вы в совершенстве изучили пружины сердца человеческого и что геометрия является вернейшим путем к счастью.
Ему мало было Бога – он привлек в доказательство математику.
Я полагаю должным предварить некоторую неожиданность последующих повестей все-таки объяснением. Давным-давно, еще в дописательской молодости, в моем «геологическом» прошлом, мне попалась книжка неизвестного английского автора “The Teacher of Symmetry”. Я прихватил ее с собой в экспедицию с благими намерениями самообразования, да по лени, тяжкой работе и под ироническими взглядами работяг все лето так и не раскрыл. А тут – осень, ненастье, нет вертолета, ждем погоды… Все читано-перечитано, во все игры переиграно… На беду, кто-то вспомнил, что видел у меня иностранную книгу, и пришлось мне ее без полного понятия как языка, так и смысла пересказывать под непрекращающимся дождем. Кое-как, без словаря, до чего догадываясь, что присочиняя, набрасывал я в школьных тетрадках – по рассказу в день. Как Шахерезада… Прилетел наконец вертолет, и я отмучился и с удовольствием забыл и муку и книгу в той мокрой тайге.
Лет десять спустя со мною случилось небывалое происшествие, нечто поразительное по невозможности быть, и ничего мне не подсказали ни опыт, ни память в поддержку, кроме внезапного воспоминания об одном рассказе из этой забытой книжки. Рассказ выплыл так полностью, так отчетливо, будто я его читал вчера… Зато теперь я никак не могу вспомнить того небывалого случая собственной жизни, из-за которого я этот рассказ вспомнил.
Я разыскал на антресолях, в обломках лыж и весел, небрежную рукопись моего «перевода» и вспомнил и другие рассказы из этой книжки, и, таким образом «перечтенная», книжка эта завладела моим воображением – я стал ее искать. Но я не мог вспомнить фамилии автора! Было в ней что-то неанглийское… не то голландское, не то даже японское… Нет, не помню! Я стал расспрашивать знатоков, пересказывая содержание, и не достиг успеха. Никто такой книги не читал[1]. И вот уже сколько лет прошло с того внезапного мысленного «перечитывания», а она все не идет у меня из головы. Так она и не нашлась.
Чтобы как-то отделаться от ее навязчивости (ведь не я же все это придумал!), я стал потихоньку «переводить» ее, как переводят не тексты, а именно переводные картинки. Не без домысла, конечно (те места, что похуже, пусть будут мои). «Переведя» таким образом некоторые из них, я окончательно забыл оригинал (как в свое время тот факт из собственной жизни…). Концов теперь уже почти нет. Зато отныне вместо воспоминаний о пропавшей книге меня тяготят происшедшие по ее причине рукописи. Я решил рискнуть отделаться и от них, чтобы окончательно обо всем этом забыть.
Ничего из биографии автора… Разве что он наградил своего пишущего героя (Урбино Ваноски) какими-нибудь черточками своей биографии… Ровесник века. Прихотливое сочетание кровей (польская, итальянская и чуть ли не японская). Позднее вхождение в язык своей будущей литературы[2], оттого некоторые стилистические изыски. Так, например, чудовищное количество грамматических времен в английском языке он воспринял буквально, написав каждую вещь в каждом из них и расположив оглавление таблицей.
Содержание я успел срисовать:
Первое, на что способен переводчик, – это поменять названия произведений. Что я и проделал прежде всего:
Другие книги того же автора:
Похожие книги

Война и мир
«Война и мир» – это не просто роман о войне, но и обширное полотно жизни, охватывающее различные социальные слои и судьбы героев. Лев Толстой мастерски изображает сложные человеческие отношения, раскрывая внутренний мир персонажей и их реакции на исторические события. Произведение пронизано философскими размышлениями о жизни, смерти, любви, чести и смысле существования. Роман-эпопея, отражающий глубину мироощущения и философии Толстого, остается актуальным и по сей день, исследуя вечные проблемы бытия.

Счастье по контракту
Дэн, разочарованный в женщинах, и Коринн, закрывшая сердце для любви, неожиданно сталкиваются в борьбе за наследство. Загадочное завещание заставляет их преодолеть недоверие и вражду, открывая путь к настоящей любви. В этом увлекательном любовном романе, полном интриг и неожиданных поворотов, читатели познакомятся с борьбой за наследство и поиском счастья. Встреча двух одиноких сердец, полная противоречий и страстей, раскрывает тему любви и прощения, описанную в современном любовном романе. В центре сюжета - борьба за наследство и поиск счастья, где любовь и прощение становятся ключом к счастью.

Измена. Ты всё разрушил
В романе "Измена. Ты всё разрушил" Алисы Климовой рассказывается о Тане, чья жизнь перевернулась после измены мужа. Покинув его, она столкнулась с неожиданными сложностями, ведь Матвей – её босс. Теперь ей придется балансировать между личной жизнью и профессиональными обязанностями. Роман раскрывает внутренний конфликт Тани, ее борьбу с чувством унижения и желание сохранить работу. История о сильной женщине, которая не боится отстаивать свои интересы и права.

Чужой ребенок
Врач-реаниматолог, привыкшая к одиночеству и суровой работе, сталкивается с чужим ребенком, попавшим в беду. Неожиданно судьба заставляет ее задуматься о чужих проблемах и заботах, о которых она ранее не задумывалась. История о том, как случайная встреча может изменить жизнь и заставить переосмыслить ценности. В романе "Чужой ребенок" Мария Зайцева и другие авторы исследуют темы взаимопомощи, сострадания и неожиданных поворотов судьбы.
