Преодолевая трудности

1.

Я проснулся в ужасном состоянии: всё тело ноет, голова кружится, и у меня только одно желание – пить! Я очень хочу пить. Я совершенно не соображаю, где я, и что произошло. Я открыл глаза и увидел перед собой больничную палату. Что я вообще здесь делаю? Я закрыл глаза, так как смотреть вокруг безумно тяжело и больно. Я тихо прошептал:

– Пить… Пожалуйста… Пить…

К счастью, меня видимо услышал какой-то пациент, он быстро поднялся с кровати и куда-то ушёл. Вскоре он вернулся с медсестрой.

– Евгений Владимирович, вы проснулись? Чудесно! Как себя чувствуете?

– Пить… Хочу пить…

– Конечно! Держите! – медсестра протянула мне стакан с водой и дала сделать несколько глотков.

– Спасибо, – я аккуратно попил, после чего, откинулся головой на подушку и закрыл глаза, – а что произошло? Что я здесь делаю? – я говорил очень тихо, часто прерываясь. Язык меня совершенно не слушал. Так плохо мне ещё никогда не было.

– Вы, – медсестра задумалась, она не знала, как правильно преподнести страшную информацию, – вы попали в аварию, – она старалась говорить как можно мягче и спокойнее.

– Авария? – по моему телу прошлись мурашки.

Это жуткое слово "авария". Я так часто сталкиваюсь с ним на работе, но никогда не думал, что эта ужасная участь не обойдёт и меня.

– Да, авария.

– Угроз, – я сглотнул, – для жизни нет?

– Нет, всё в порядке.

– Отлично. Извините, я очень хочу спать.

Да, новость о том, что я попал в аварию меня неимоверно изумила, но состояние было отвратительное, рассуждать сейчас я не мог, меня просто вырубало.

– Да, да, конечно! Спите, я пойду. Если что-то потребуется – зовите.

Этих слов я уже не услышал, я уже спал. Нет, это не тот сон, о котором вы думаете. Не тот сон, когда ты спишь, набираешься сил и видишь цветные сны. Это сон, когда ты просто проваливаешься в какую-то яму, потом просыпаешься, пытаясь выбраться, но снова падаешь. Время тянется безумно долго, совершенно не соображаешь, что происходит. Информация, недавно сказанная тебе, сразу же вылетает из головы.

Спустя какое-то время я проснулся. Честно, не знаю, сколько я провалялся во сне. Я почувствовал жуткую, жгучую боль в правой ноге. Ужасная, страшная боль! Она была острой, но в то же время и долгой, нудной, от неё просто хотелось лезть на стену. Видимо, я повредил ногу во время аварии. Надеюсь, ничего серьёзного. Я решил немного помассировать ногу, чтобы уменьшить боль. Моя слабая правая рука потянулась к ноге. Прикосновения на бедре я не чувствовал совсем. Потом моя руке начала спускаться ниже, так, здесь должно быть колено. Но вместо него оказалась пустота… Пустота? Нет, этого не может быть! Я ещё сплю. Да, это просто сон. Хорошо…

Я полежал несколько минут, пытаясь снова заснуть.

Нет! Я так не могу. Надо точно знать. Я быстро сел, голова моя кружилась, казалось, что я сейчас потеряю сознание, но я не лёг, я стянул с себя лёгкое одеяло и уставился на место, где должна находиться моя правая нога. Там оказалось пусто… На кровати на пелёнке, испачканной кровью, лежала моя культя, замотанная кровавым бинтом… У меня сильно запульсировало в висках, кровь прильнула к голове. Этого не может быть! Я потрогал остаток своей правой ноги. Да, это точно реальность…

Внезапно в глазах у меня всё потемнело, и я упал головой на подушку в изнеможении без сознания.

2.

В следующий раз, пришёл в себя я только утром. Ночью я неоднократно просыпался, но совершенно ничего не соображал. Передо мной мелькали какие-то жуткие образы, которые я был не в состоянии отогнать. Я лежал всё время на спине, не в силах повернуться на бок и лечь в удобное положение.

Я проснулся, когда медсестра мне ставила в катетер капельницу. Наконец я смог оглядеть помещение. Я находился в 5-местной палате, где помимо меня лежали трое мужчин. Но это всё меня сейчас особо не интересовало. Первым делом я откинул одеяло и принялся рассматривать свою ногу, а точнее, то, что от неё осталось.

– Здравствуйте, Евгений Владимирович. Как самочувствие?

По знакомому голосу медсестры и обстановке я точно определил, что нахожусь в больнице, где работаю инструктором по ЛФК. Какая ирония судьбы!

– Терпимо. Скажи, кто меня оперировал?

– Николай Иванович. Позвать его?

– Да, пожалуйста.

– Хорошо, сейчас, – она поставила капельницу и ушла.

А я остался сидеть, уставившись на свою культю. Мне не верилось, что это правда. Нет, этого не может быть! Внутри меня просто разрывает на части, но внешне я абсолютно спокоен и невозмутим, я привык тщательно скрывать свои эмоции. Единственное, что может выдать моё моральное состояние, – глаза. В них видно яркое отчаяние, безысходность и угнетающее отсутствие какой-либо надежды.

От моих мыслей меня отвлёк Николай Иванович, который зашёл в палату и сел на край моей кровати.

– Доброе утро, Женя. Как самочувствие?

– Ни капли не доброе, – я тихо промолвил в ответ, а потом произнёс, – доброе, Коля. Честно говоря, не очень. Расскажи, пожалуйста, как прошла операция, и почему не удалось сохранить мою ногу.