Прежде чем он начнёт охоту

Пэм присела на ствол поваленного дерева рядом с лагерем и зажгла сигарету. Она была всё ещё возбуждена после секса. Позади виднелась остроконечная шапка палатки Хантера. До слуха доносился его негромкий храп. Даже здесь, в лесу всё было как обычно: после занятия любовью она была полна сил и энергии, а он спал, как сурок. Хотя нужно признать, что здесь, в лесу её это раздражало намного меньше.

Она вырыла небольшую ямку в земле под пепел от сигареты, отлично понимая, что курение в лесу в сухую осеннюю погоду было довольно безрассудным поступком. Она подняла глаза к небу и посмотрела на звёзды. Ночь была прохладной, потому что до восточного побережья наконец добралась осень с её низкими температурами. Пэм поёжилась. Жаль, что в палатке Хантера не было сетчатой крыши, чтобы она могла любоваться небом. И всё же их поездка не была лишена романтики – хорошо было выбраться из дома и оказаться совсем одним в лесу. Их кэмпинг был первой и пока единственной попыткой жить вместе. Остальное – только после того, как этот идиот сделает ей предложение. И, тем не менее, если брать во внимание ночное небо, отличную погоду и их безумную страсть – это была одна из самых счастливых ночей в её жизни.

Она решила вернуться в палатку и прижаться к любимому, но сначала нужно было сходить в туалет. Она направилась к кромке леса, когда вдруг остановилась, чтобы оглядеться. В темноте сложно было ориентироваться: звёзды и полумесяц луны давали слишком мало света. Она снова огляделась и решила, что если пойдёт налево, то как раз выйдет к зоне отдыха.

Она медленно и осторожно прошла ещё несколько метров, а потом ещё секунд тридцать шла в выбранном направлении. Когда она обернулась, то палатки уже не было видно.

«Чёрт», – выдохнула она, начиная нервничать.

«Держи себя в руках, – сказала она про себя, продолжая идти. – Палатка совсем рядом и…»

Левая нога за что-то зацепилась, и не успела она понять, что происходит, как упала на землю. В последний момент она выставила вперёд руки, чтобы не покалечить лицо. Она тихо охнула, а потом сконфужено, но быстро поднялась на ноги.

Она посмотрела на корягу, за которую зацепилась ногой, по-детски на неё разозлившись. В темноте коряга выглядела странно. Одно было ясно наверняка. Это была не коряга.

В темноте ей виделась всякая нелепица. Наверное, всё дело было в игре света и тени.

Она похолодела от ужаса, когда поняла, что зрение её не обманывало. Не было смысла отрицать факт.

Перед ней была человеческая нога.

И насколько она могла судить, кроме ноги рядом не было ничего. Тела не было. Нога лежала на земле, частично спрятавшись в траве и кустарнике. Стопа была обута в кроссовок, из которого торчал красный от крови носок.

Пэм вскрикнула. Не переставая кричать, она развернулась и побежала сквозь ночную мглу.

Макензи сидела на пассажирском сидении выданного Бюро автомобиля, сжимая в руках табельный Глок, оружие, которое она изучила, как свои пять пальцев. Но сегодня даже пистолет казался другим. После сегодняшнего дня всё будет другим.

Голос Брайерса вывел её из ступора. Он сидел за рулём, глядя на неё так, как может смотреть на дочь разочарованный отец.

«Ты же понимаешь, что не обязана это делать, – сказал Брайерс. – Ты никого не разочаруешь, если пересидишь здесь».

«Я должна это сделать. Я должна доказать себе».

Брайерс вздохнул и посмотрел через лобовое стекло на просторную парковку, освещённую слабым светом фонарей по углам и в центре. На парковке было три машины и трое мужчин, нервно прохаживающихся из стороны в сторону.

Макензи потянулась, чтобы открыть дверь.

«Со мной всё будет хорошо», – сказала она.

«Я знаю, – ответил Брайерс, – но… пожалуйста, будь осторожна. Если с тобой что-нибудь случится, и станет известно, что я был здесь…»

Макензи не стала дожидаться, пока он закончит. Она вышла из машины и закрыла дверь. Она держала пистолет дулом вниз, спокойно направляясь в сторону парковки, где рядом с машинами стояли трое мужчин. Она знала, что не было причины волноваться, но всё же не могла сдержать дрожь. Даже когда среди мужчин она увидела Гарри Дугана, нервная дрожь не прошла.

«Обязательно было приводить сюда Брайерса?» – спросил один из мужчин.

«Он здесь ради меня, – сказала Макензи. – Вы ему не особо нравитесь».

Все трое засмеялись, посмотрели в сторону машины, из которой только что вышла Макензи, и одновременно помахали Брайерсу. Брайерс ответил притворной улыбкой и показал им средний палец.

«Я ему тоже всё ещё не нравлюсь?» – спросил Гарри.

«Нет, уж прости».