Предисловие к посланию св. Павла к Римлянам

Лютер М. Предисловие к посланию св. Павла к Римлянам

1546 г.

От переводчика Перевод выполнен по тексту Предисловия в «Deutsche Bibel» 1546 г., опубликованному в «Веймарском издании» (далее: WA). Св. Писание цитируется главным образом по Синодальному переводу. Номера псалмов и псалмовых стихов также даются по Синодальному переводу. Отдельно оговариваются те случаи, когда перевод библейской цитаты дается по немецкому тексту Предисловия в WA. Слова в квадратных скобках принадлежат переводчику.

***

Это послание — поистине главный элемент Нового Завета, Евангелие, представленное самым ярким образом. Христианину стоило бы не только знать его наизусть, слово в слово, но и заниматься им ежедневно как насущным хлебом души, ибо невозможно начитаться и налюбоваться им вдоволь, и чем больше занимаешься им, тем оно ценнее и приятнее на вкус. Поэтому и я хочу приложить к сему свое служение, чтобы данное Предисловие, насколько будет угодно Богу, оказалось своего рода введением, которое бы позволило каждому человеку еще лучше понять Послание. До сих пор оно было затуманено глоссами и всякого рода пустословием, хотя само по себе оно есть яркий свет, способный прояснить почти всю Библию целиком.

Прежде всего мы должны понять его язык и узнать, что имеет в виду св. Павел под такими словами, как «закон», «грех», «благодать», «вера», «праведность», «плоть», «дух» и т. п., иначе всякое чтение будет бесполезно.

Слово «закон» не следует понимать по-человечески, как некое поучение о том, какие дела делать нужно, а какие не следует. Это человеческие законы устроены так, что человек исполняет такой закон, когда делает [соответствующие] дела, хотя душа, может быть, вовсе к этому не лежит. А Бог судит по тому, что у тебя в душе, следовательно и закон Его должен исполняться от всей души и не считается исполненным посредством дел, но он лишь еще больше осуждает дела, делающиеся неискренне, как лицемерие и ложь. Потому и названы все люди лжецами, Пс 115[:2], ибо никто не соблюдает, да и не способен соблюсти Божий закон искренне, от души. Ведь каждый человек обнаруживает в себе нежелание сделать добро и желание делать дурное. Если же добро делается не по доброй воле, значит не лежит у человека душа к закону Божьему. А это, разумеется, тоже грех, заслуживающий Божьего гнева, даже если внешне человек славится множеством добрых дел и благопристойной жизнью.

Посему св. Павел заключает во 2 главе, что все иудеи — грешники, и говорит, что праведны перед Богом только те, кто соблюдает закон. Он имеет в виду, что никто не является исполнителем закона, если судить по делам. Он говорит им так: «Ты учишь не прелюбодействовать, а сам прелюбодействуешь. Т. е. осуждая за что-то другого человека, ты тем самым осуждаешь себя самого, потому что сам делаешь как раз то, что осуждаешь».(1) Он как бы говорит: «Внешне ты живешь как дотошный исполнитель закона, осуждаешь тех, кто живет не так, торопишься учить всех и вся. В чужом глазу ты видишь соринку, а в своем не замечаешь бревна».

Хотя внешне ты соблюдаешь закон делами, из страха ли перед наказанием или в надежде на вознаграждение, всё это ты делаешь не по доброй воле и не из любви к закону, но неохотно, по принуждению, а охотно делал бы другое, не будь закона. Отсюда следует, что в глубине души ты не любишь закон(2). Что толку учить других не красть, если в душе ты сам вор и, если бы хватило дерзости, стал бы вором наяву? Впрочем, долго такие лицемеры притворяться все равно не могут. Так что если других ты учишь, а самого себя — нет, значит ты сам не знаешь, чему учишь, и еще не имеешь правильного понимания закона. Закон даже усугубляет грехи, как говорит [Павел] в 5 главе [:20]. Человек тем более станет ненавидеть закон, чем более он требует от него то, на что он неспособен.

Вот почему в 7 главе [:14] он говорит, что закон духовен. Что это значит? Если бы закон был физическим(3), то его вполне удовлетворяли бы наши дела, а раз он духовен, то никто ему не удовлетворяет, если только всё, что ты делаешь, не будет исходить из самой глубины твоего сердца. Но такое сердце дает нам не кто иной, как Дух Божий, Который сообразует человека с законом, так что в нем возникает искреннее стремление к [соблюдению] закона, и тогда уже он делает всё не от страха и не по принуждению, а по доброй воле. Итак, закон духовен, поэтому любят и исполняют его духовные сердца, и именно такого расположения души требует закон. Если же такого духа нет в наших сердцах, в нас остается грех, нелюбовь и враждебность к закону, несмотря на то, что он добр, справедлив и свят.