Правильный пахан

«Жизнь дается человеку только один раз, и нужно ее прожить на берегу Черного моря!» – весело замечают жители Причерноморья, и нельзя не отметить, что по-своему они совершенно правы: места тут исключительно красивые. В ясную погоду изумрудно-лазурное море нежно лижет своими волнами прибрежную гальку. Остроконечные скалы могучими сторожами заступили в самую воду. Морские чайки и бакланы проносятся над пенистыми волнами, высматривая свою добычу.

Когда на курорт спускается ночь, по всему побережью зажигаются огни ресторанов. Отдыхающий люд переодевается в вечерние туалеты и спешит туда. Клубы, бары, разнообразные кафе и игровые залы – все к услугам туристов, особенно тех, кто денег не считает и легко с ними расстается...

В одном из самых живописных местечек Крымского полуострова, неподалеку от города Ялта, находится Ливадийский дворец.

Представьте себе широкую лестницу белого камня, бегущую от невозможно роскошного творения человеческих рук к берегу моря. По бокам застыли белокаменные львы. Поднявшись по ней, вы окажетесь в чудесном дворце персидского шаха. Но если обойти с противоположной стороны дивное строение, вы попадете в норманнский средневековый замок, его высокие стены с узкими бойницами взметнулись к небу на недоступную неприятелю высоту. Возникает ощущение, что всего за несколько минут до вашего прибытия бойницы покинули лучники и герцог со своей свитой пронесся по двору, отправившись гнать оленя.

Таков Ливадийский дворец, объединивший в себе четыре совершенно разнообразных архитектурных стиля. Он символизирует собой, по замыслу создателя, четыре стороны света: юг, север, восток и запад.

Российские державные властители всегда жаловали его. И надо справедливости ради сказать: есть за что!

Рядом примостился небольшой поселок, по имени которого и получил свое название знаменитый дворец, в котором величайший вождь всех времен и народов товарищ Сталин в сорок пятом проводил историческую Ялтинскую конференцию, гостеприимно приняв Рузвельта и Черчилля.

Поселок Ливадия не отличался многочисленностью населения и красивыми современными строениями. Одноэтажные домики усыпали склон горы. Глаз радовало южное обилие зелени.

Гордые платаны и стройные кипарисы украшали пыльные улицы, из-за обилия солнечных лучей выглядевшие так, словно неизвестный художник поверх основного колера нанес еще тонкий слой ярко-желтой краски. Все тонуло в летней жаре. Нескончаемые ряды виноградников тянулись вверх по склону.

Но обычная сонная идиллия небольшого поселка в то утро была нарушена совершенно неожиданными звуками.

Молодой участковый только собирался отправиться на море по случаю выходного дня, как к нему прибежал сосед и, вытаращив глаза, затараторил:

– Ну и хрен с ними, что они друг друга мочат, хрен с ними! Но трактор мой зачем взяли!..

– Да кто кого мочит, Саня? Сядь ты и расскажи поподробней!

Сорокалетний мужчина был крайне взволнован и никак не мог успокоиться. Он только махал руками и нес что-то бессвязное про совсем обнаглевших бандитов. Потом, махнув рукой последний раз, в сердцах выпалил:

– Да ты выйди на улицу и послушай!

Участковый прислушался. Даже сквозь толстые стены доносились звуки, которые ему сразу не понравились. Как сказал бы его наставник в школе милиции казенным языком, велась стрельба из нарезного стрелкового оружия, а именно – из автомата системы Калашникова!

Молодой человек быстро оделся и выбежал на улицу. Затем, вспомнив, что забыл свой «ПМ», вернулся. Схватив оружие, он вновь выскочил на улицу и застыл, не зная, что дальше делать.

– Ты что, уж не воевать ли с ними собрался?! – покосившись на пистолет в его руке, удивился сосед Саня. – Иди до центра и звони! Пусть спецбригаду присылают! А еще лучше подожди, когда они друг друга укокошат, и тогда уже вызывай. Нечего из-за всякой сволоты нормальным людям под пули лезть!

Рассерженный Саня потопал до своей калитки, а участковый, почесав голову, убрал пистолет в кобуру и, прислушавшись к доносившимся с окраины поселка звукам боя, безнадежно махнул рукой. Затем решительно развернулся и направился к себе в участок.

Между тем на окраине поселка события и в самом деле разворачивались нешуточные.

Автоматы строчили, не скупясь на патроны. «Там-там-там! – молчок, затем опять: – Там-там-там!» В ответ пистолетное «пах, пах!».