Правдивая автобиография Аквариума

Группа "Аквариум" была задумана и осуществлена в июле 1972 года, после того, как Борис Гребенщиков, начинающий, но уже известный в определенных кругах гитарист, приехал в Ленинград с юга, где имел столкновения с советской милицией из-за прописки.

Вернувшись в город на Неве, Борис решил:

а) пора создавать свою группу,

б) надо писать песни на русском языке.

Он призвал своего друга, однокашника и великого драматурга абсурда - Джорджа и взял его к себе в группу ударником. Они вдвоем начали писать песни, вдохновленные творчеством Джорджа Харрисона, прежде всего обращая внимание на тексты песен.

Поскольку ни аппаратуры, ни инструментов (кроме гитары за 9 руб. 30 коп. и ф-но) не было и не предвиделось, то писание песен было их единственным занятием. Кроме Харрисона, большим источником вдохновения являлась существующая в те годы "пре-панк" великолепная и очень бардачная группа "Санкт-Петербург". Попутно искались подходящие музыканты.

Приблизительно в январе 1973 года к ансамблю примкнул довольно смутный знакомый Бориса - Михаил Файнштейн, который имел уже опыт игры в ленинградской группе Психоделическая фракция", где ребята играли Фрэнка Заппу, Хендрикса и "Крим". Кстати, Борис Гребенщиков с 1969 по 1971 год тоже играл в одной из школьных команд и поражал девочек, исполняя "Сэтисфэкшн" на чистейшем английском языке и еще что-то из репертуара "Троггз".

Потом, до 1975 года, продолжалась первая фаза "Аквариума", во время которой Гребенщиков успел выкрасть из другой группы старого друга - пианиста Андрея Романова ("Дюша"). Вместе они сумели записать два "лонгплэя" (пленки по 30-40 минут) и одну "сорокопятку".

Первый "лонгплэй" - "Искушение святого Аквариума" - представлял из себя извращения двух идиотов (БГ и Джоржа), занимавшихся сюрреалистической "аммагаммой": некие непонятные желудочные звуки, стуки пленки задом наперед, петли, стихи, отдельные куплеты песен и фразы. Очень смешно, но очень плохо записано. Для пластинки характерно название последней вещи - "Пение птиц и птичек на могиле сдохшего ума".

Затем вышла "сорокопятка" с песнями "Верблюд-архитектор", "Менуэт земледельцу", "Мария-Луиза No. 7" и "Я знаю места".

Это был более традиционный "рок абсурда", т.е. абсолютно идиотические тексты, но более-менее нормальные гармонии. Второй "лонгплэй": на нем Дюша учится играть на флейте, и мы, не имея возможности записывать "электрические" песни, снова записываем 40 минут "акустических", худшие из которых приближаются к нормальной советской эстраде, лучшие - к характерному абсурду.

Все это время "Аквариум" почти не выступает, ездит "стопом" по Прибалтике, пьет портвейн и поет песни (свои и "Битлз"), или же репетирует на факультете прикладной математики Ленинградского университета, где в то время учится Борис Гребенщиков. Аппаратура стоит в подсобке, и ее вполне достаточно, чтобы изредка играть на свадьбах. Одновременно, а именно летом 1974 года, на базе группы людей и девочек, шатающихся вместе с "Аквариумом", от нечего делать зарождается самодеятельный театр, сначала играющий чисто импровизационно (все пьесы - джорджевский абсурд) в Инженерном замке и на ступенях, нисходящих к Летнему саду.

Осенью приходит знакомый полупрофессиональный режиссер Эрик Горошевский (воспитанник Г. Товстоногова), ставит все дело на профессиональные рельсы - с декорациями, репетициями, интригами, любовными приключениями и... тем самым лишает "театр" всей жизни и энергии. После месяца репетиций, там же, на факультете ПМ, ставится пьеса, следует ее премьера, и театр, вместе с аппаратурой "Аквариума", торжественно вышибается из здания университета. Но массовое помешательство сценой не проходит, и даже БГ, не говоря уже о Джордже и Дюше, идиотически верит, что театр достигнет супер-синтеза рок-музыки и театра абсурда. Не верит этому только бас-гитарист, которому не на чем играть, у которого нет денег и который, по своему обыкновению, бегает за бабами.

В начале 1975 года происходят два решающих и определяющих дальнейшую судьбу события:

а) "Аквариум" играет акустику на каком-то концерте в студенческом клубе вместе с акустической панк-группой "Акварели", где на виолончели "служит" некий иисусоподобный, тихий и очень интеллигентный Сева Гаккель. Он видит выступление "Аквариума" и понимает, что ему больше нечего делать в "Акварелях".

б) БГ долго и продолжительно болеет. Во время болезни он много думает о театре и замечает, что театра много, а музыки мало. После выздоровления следует разрыв, бурно радующий басиста Михаила Файнштейна, но оставляющий по ту сторону рампы Джорджа и Дюшу. В ответ на призыв, брошенный Борисом в космическое пространство, появляется Гаккель и занимает свое полноправное место в "Аквариуме".