Поздний экспресс

   Глава 1.Моя жизнь -- это поезд. В лучшие мои моменты мне кажется, что я им управляю. В худшие я представляюсебя пассажиром. А иногда понимаю, что лежу на рельсах.

   (с) С просторов Интернета.

   - Вектор, спасай!

   - У меня пара, вообще-то, - шипит он в трубку и голову пригибает, чтобы Тепеш* не заметил.

   - Вик, прошу, без тебя никак!

   - Говорю тебе, я на паре! - хочется рявкнуть на эту куклу бестолковую, но орать шепотом он пока не научился.

   - Перезвони мне! Выйди из аудитории и перезвони! Сейчас же! - безапелляционно и короткие гудки. Только она умеет так просить. Просьба в форме приказа - ноу-хау Надички Соловьевой, будь она трижды проклята!

   Надо перезвонить, иначе не позднее чем через минуту его телефон снова завибрирует. Выключить? Не вариант, потом она его съест живьем. Оценивающий взгляд в сторону распинающегося у доски, вошедшего в раж профессора кафедры экспериментальной физики Петра Викентьевича Теплова. Вышеуказанный преподаватель еще на втором курсе чрезмерно образованными студентами был перекрещен в Тепеша за скверный характер, который зло приписывали надвигающемуся старческому маразму, и редкую придирчивость, которая являлась фирменным знаком кафедры "экспериментальщиков".

   Маразм маразмом, а всех студентов, посещающих его лекции, он помнил не то, что поименно - в лицо. Требовал стопроцентной явки на свои занятия и такой же стопроцентной дисциплины. В диспуты, впрочем, увлеченно втягивался, вот только дискутировать с ним дураков было мало, да и те быстро понимали, что спорить с Тепешем - себе дороже, все потраченное на дискуссию время будет безжалостно отнято от перемены. Крайне не любил какого-либо движения в аудитории во время лекции, просто на дух не выносил. Да, а еще он был научным руководителем Виктора Баженова.

   Вик вздохнул и тихо поднялся с места. Если выбирать между Надей и Тепешем, выбор очевиден. Петр Викентьевич ему, конечно, весь мозг выклюет, но, в конце концов, ценит своего студента. А вот Надька... лучше даже не представлять, что она с ним сделает, если он не поможет ее светлости, когда она в нем нуждается. И во что она там опять вляпалась?

   - Баженов, это крайне бессердечно с вашей стороны лишать нас своего общества, - реплика Тепеша нагнала его почти у самой двери аудитории.

   - Извините... я... мне действительно нужно выйти, Петр Викентьевич.

   - У вас молодой здоровый организм. Даже я, в мои годы, могу выдержать полтора часа без клозета. А у вас что же - недержание? Или пирожные в столовой были несвежие?

   Кое-кто сдержанно хихикает.

   - Я недолго, - бормочет Вик, чуть ли не бегом покидая аудиторию. Будь проклята Надька и ее капризы!

   _________________

   - Ну? - сердито и без предисловий.

   - Вик, встреть меня сегодня после занятий.

   Он стоит в паре метров от двери лекционки, прижавшись затылком к стене и закрыв глаза. Он уже перестал сходить с ума по ее голосу, но рецидивы случаются. Как сегодня, например. Если закрыть глаза и отвлечься от того, что она говорит, можно представить, что этот нежный голос принадлежит его девушке. Любимой девушке.

   - Вик, ты меня слышишь?! Встретишь меня?!

   Встретить? Ну-ну... Стандартная схема. Очередной неугомонный поклонник, который не понимает слова "нет". Когда она уже научится таких загодя вычислять, до того, как они становятся невменяемыми?

   - Во сколько? - вздыхает.

   - В три. Можно минуть десять четвертого.

   - Я не могу. Не успею. У меня еще сегодня стрелка с научным руководителем.

   - Вииик...

   - Ну, правда, никак не получается.

   - Витюююшааааа....

   Вот коза! Знает ведь, что он терпеть не может никаких уменьшительных форм своего имени! И, нарочно...

   - Надь, ну у меня же есть дела. Ты же знаешь моего научного...

   - А ты знаешь, что, кроме тебя, мне не к кому обратиться!

   - Надя, ну я ж не палочка-выручалочка!

   - Витенькаааа... пожалуйстаааа... Ты же знаешь, я только тебя могу попросить! Витюш, ну будь другом, а? Витюшааааааа...

   ЗАРАЗА!!!

   - Я попробую.

   - Обожаю тебя! - звонко и радостно. - Только, Вик, будь одет прилично, ладно? А не как обычно. Все, целую, до встречи!

   И снова короткие гудки. Так всегда с ней. Просит и тут же приказывает. В этом вся Надька. Его головная боль, просто боль и безответная любовь последних трех лет. Иногда ему кажется, что она всю его жизнь с ним, течет ядом в крови. Тем самым ядом, который отравляет жизнь, но его отсутствие в кровотоке убьет мгновенно.

   _________________