Повседневная жизнь восточного гарема

Гарем… На свете не так много слов, которые могли бы соперничать с этим, таким притягательным и таинственным. Каждый найдет в нем свои потаенные желания, угасающее родство с первородными инстинктами или ностальгию о тех временах, когда красота имела достойную цену и утонченных ценителей.

«Гарем» (харам) — слово арабское, обозначает оно все, что запретно, а также сокрыто и защищено, тайно и недоступно для посторонних. Когда имеется в виду восточный дом прошлых веков, то харам — это та его часть, где жили женщины — матери, жены, малолетние дети, наложницы, рабыни, а также и евнухи.

Европейский синоним гарема французское слово «сераль», происходящее от схожих по звучанию персидского и турецкого слов (semi, savoy), обозначающих большой дом или дворец. В представлении европейцев сераль — это внутренние покои восточных владык и их семей.

Сегодня многие полагают, что гарем — это что-то вроде публичного дома на азиатский манер, между тем различие здесь примерно такое же, как между метро для всех и роскошным лимузином для избранных.

В том или ином виде гаремы существовали везде, во все времена и задолго до ислама как явление, не противоречащее природе.

Прославившийся своей мудростью царь Соломон (араб. Сулейман) вступил на престол шестнадцатилетним юношей, но сумел превратить свое сорокалетнее царствование в эпоху мира и процветания. Иерусалим стал так богат, что золото и серебро ценились там не дороже обычных камней.

Легенды о великих деяниях Соломона живы до сих пор. Как и предания о его великолепном гареме: «И было у него 700 жен и 300 наложниц». Соседние правители мечтали породниться с Соломоном и отдавали ему в жены своих дочерей. Царица Савская (Билкис) сама прибыла к Соломону, прослышав о его мудрости и богатстве, и даже приняла единобожие, отказавшись от поклонения языческим идолам.

Возможно, многие из этих браков были вызваны политическими интересами, но вряд ли в те времена нашлось бы столько государств или значительных племен, чтобы наполнить хотя бы четверть гарема Соломона, не говоря уже о наложницах. И этот гарем был не единственным в те времена: например, у отца Соломона — Давида было сто жен.

Соломон изведал вкус абсолютного могущества и сокрытые от остальных таинства. А славу свою увенчал прозрением: «Бойся Бога и заповеди Его соблюдай, потому что в этом все для человека».

Новые поколения властителей вознесли гаремы на вершины власти, сделав их вожделенным и недоступным для простых смертных символом успеха и могущества. Ибо даже самые ярые противники полигамии, как только им удавалось сколотить капитал, уже не прочь были порассуждать о том, что не такие уж варвары были эти султаны, когда окружали себя самыми прелестными созданиями всех рас и народов. И разве не лучше наслаждаться прекрасным садом, чем топтаться на скучном аккуратном газоне?

Правители древних царств украшали свои дворцы созвездиями ослепительных красавиц, олицетворявших покоренные земли и народы. Но кем бы ни были эти женщины, судьба их была незавидной — милость повелителя могла зайти так далеко, что прелестниц удостаивали чести сделаться жертвами языческим богам или отправиться в иной мир вслед за умершим правителем.

Гай Светоний Транквилл оставил нам хронику «Жизнь двенадцати цезарей», из которой можно почерпнуть любопытные сведения не только о деяниях императоров на политическом поприще, но и о царивших во дворцах нравах. О Тиберии Светоний пишет: