Повороты судьбы

Стояли тёплые дни 1973 года. Лето, стараясь как можно дольше удержать власть над непокорной сибирской природой, и не пустить на порог приближающуюся осень, щедро отдавало тепло Омску в самом начале августа. Ночи стояли тихие. Эту тишину лишь изредка нарушали звуки, уходящего в свой последний маршрут, ночного транспорта. Но во многих домах и, особенно, в студенческих общежитиях, то там, то здесь в окнах до утра горели слабые огни настольных ламп. Это была пора, когда хозяевами всех учебных заведений становились абитуриенты. Шли вступительные экзамены и в Омском культурно-просветительном училище. Оно находилось почти на самой окраине Омска – в Амурском посёлке. Вокруг него располагались строительный и торговый техникумы, кулинарное училище, и поэтому КПУ оказалось в центре небольшого, но очень оживлённого студенческого района.

Всё в здании училища было красиво и удобно, дизайн помещения придавал учебному заведению особенную солидность и почтенность. Светлое фойе с плетёными креслами под зелёными домашними пальмами, которые напоминали уголки зимнего сада; у входа – витрина под стеклом, знакомящая с жизнью училища и новостями в стране; на правой стороне – огромный фотостенд «Знакомьтесь: наше училище» гостеприимно встречал каждого, пришедшего в этот светлый и радостный дом.

Оля Родионова, выпускница средней школы, приехавшая в Омск из районного городка, с лёгким замиранием сердца впервые вошла в это здание и спросила у вахтёра, где находится приёмная комиссия. Пройдя к указанной двери, она ненадолго остановилась, набираясь смелости. Затем осторожно открыла дверь и вошла в кабинет. За длинным столом сидел мужчина лет тридцати трёх. Он посмотрел на неё каким-то особенным проницательным взглядом необыкновенных карих глаз, сердце у неё почему-то ёкнуло, а губы как будто онемели. Мужчина, увидев её замешательство, спросил:

– Девушка, вы приехали поступать?

– Да, – сказала она и тихо добавила: – Если ещё можно… Хочу стать балетмейстером.

Мужчина ещё раз внимательно посмотрел на Олю. Было уже десятое августа, вступительные экзамены подходили к концу. Но, к счастью, этот строгий, производящий очень приятное и даже какое-то завораживающее впечатление, мужчина оказался не бюрократом. Он взял у неё документы, внимательно рассмотрел их и спросил:

– Так, значит – на хореографию? Пишите заявление. Только дату поставьте не сегодняшнюю, а задним числом – 25 июля.

Оля взяла у мужчины листок и ручку и, волнуясь, стала писать под его диктовку заявление.

– А форма у вас с собой? – спросил мужчина.

– Да.

– Переоденьтесь в раздевалке, у хореографов, и приходите в танцкласс.

Всё ещё не веря своим ушам, она прошла за ним к раздевалке, надела чёрный гимнастический купальник, юбку для занятий хореографией и затем вошла в танцевальный класс. За столом приёмной комиссии сидели всего два человека: тот самый мужчина, очень серьёзный, со строгим видом, и с ним какой-то субъект в чёрных очках, длинный и удивительно тонкий, с видом всё понимающего знатока. Перед такой комиссией у девушки из провинции слегка начинали дрожать коленки, и лёгкий румянец покрыл её щёки, что придавало особую прелесть миловидному молоденькому лицу. Чёрные волосы и такие же чёрные брови над большими карими глазами с тёмными длинными ресницами на красивом, с нежной кожей и лёгким румянцем лице сводили с ума многих парней небольшого городка, в котором жила Оля. Но больше всего привлекала её скромность, что в последнее время почему-то стало считаться у девиц «немодным». Олина застенчивость сразу расположила к ней мужчину из приёмной комиссии, который представился ей так:

– Владимир Алексеевич – преподаватель народного танца и заведующий хореографическим отделением КПУ.

Он спрашивал у Оли, с какими движениями классического танца она знакома. Оля называла и показывала их у станка. Затем она простучала в ладоши, предложенные ритмы, повторила за ним движения народных танцев… Владимир Алексеевич посоветовался с тонким субъектом, тот кивнул головой в ответ. И экзаменатор, что-то поставив в экзаменационный лист, протянул его Оле и сказал:

– Приходи завтра в девять писать сочинение, и в этот же день сдашь устно историю. Сможешь?

Она, молча, кивнула. В глазах блестели счастливые слёзы. Увидев экзаменационный лист, Оля ликовала: «отлично»! Как здорово! Сдала специальность!

Как мечтала она о том дне, когда сможет учиться в училище! Она много слышала о нём от ребят, которые раньше занимались с ней в хореографическом ансамбле. Прежде училище находилось в Таре. Вот уже два года, как его перевели в Омск, в это новое здание, и пятеро ребят из их «Юности» учились здесь на балетмейстеров.