Поворот

В маленьком кабинете гигантского офисного центра стояла звенящая тишина. Рабочий день был в самом разгаре, но из-за полупрозрачной двери не слышалось ни единого шороха. Сотрудники делали вид, что ничего не происходит. Женщины в строгих облегающих костюмах передвигались неслышными крадущимися шагами, будто на них были не лакированные шпильки, а легкие танцевальные балетки. Кто-нибудь из них, время от времени, шелестел мимо двери и украдкой поднимал глаза на, сидящую в кабинете начальника, напряженную Мальвину.

Она сосредоточенно барабанила пальцами по голой коленке, пытаясь собраться с мыслями, в перерыве между его криками. Начальник стоял у окна и нервно развязывал галстук. Справившись, наконец, с узлом, он скомкал галстук, запихнул его в карман и быстрыми шагами вернулся к столу. Наклонившись над прозрачной столешницей и впившись в Мальвину взглядом, он снова принялся орать.

— Вы, Мальвина Анатольевна, считаете меня идиотом!? Я с самого утра жду документы! Как можно быть такой тупой и утверждать, что я их не заметил!? Снова!? — на последнем слове он почти взвизгнул и дернулся в её сторону так, что она отшатнулась, — Сегодня последний день сдачи! Я не мог не заметить!

Мальвина молчала и смотрела в стол. Она старалась отрешиться от его воплей, от брызгающего слюной рта, и не хотела больше ничего объяснять.

— Это было последний раз! Последний! — он хлопнул ладонью по бумагам и наклонился ещё ниже, стараясь заглянуть ей в глаза.

— Хорошо, — спокойно ответила она, в очередной раз, стараясь натянуть юбку на голые коленки.

В эту минуту в дверь постучали, и в кабинет медленно просунулась пышногрудая половина личной секретарши беснующегося начальника. Изящная чашечка из дорогого белого фарфора едва слышно и нервно дребезжал на блюдце, выдавая испуганное состояние её временной владелицы. Стараясь наполнить свой голос нежно-спокойным равнодушием, Юля спросила:

— Валентин Андреевич, вы, кажется, просили кофе?

Валентин, мать его, Андреевич, не просил кофе, но самоотверженная Юля пришла спасать подругу.

— Вооон! — заорал тот с удвоенной силой.

Мальвина, прикрыла глаза под натиском разрывающегося воздуха. Она постаралась отвлечь себя и хихикнула, подумав, что от такого напряжения у него могла бы разорваться ширинка, будь там хоть что-то. Юля же, будто поймав его крик на лету, плотно сжала губы, сглотнула и тихо убрала себя из дверного проёма.

Заметив смешок Мальвины, Валентин Андреевич налил глаза кровью, выскочил из-за стола, роняя на пол своё офисное кресло и подбежав к девушке, склонился над самым её ухом.

— Я тебя лишаю премии, — прошипел он, — в выходные будешь работать сверхурочно. И в следующие выходные тоже…!

Мальвина, потеряв уже всякий страх, вывернулась из под его нависшей фигуры, резко встала и сделав маленький маневр, направилась к выходу. Ошарашенный начальник, разогнулся и крикнул ей в спину:

— Куда?!

Мальвина взялась за ручку, открыла дверь нараспашку, обернулась и, громко, так чтобы слышал весь замерший офис, ответила:

— Как же ты всех достал, рыбина ты, недотраханная!

Оставляя его онемевшее лицо где-то за спиной, она быстро прошла к своему столу, схватила пальто, сумочку и пошла к выходу. Стоящая у ксерокса Юля, улыбнулась, перекрестила её спину и, поправив декольте, прикрыла дверь в кабинет Валентина Андреевича.

***

Мальвина, первый раз за полгода, шла домой спокойная. Ей некуда было торопиться, не за что было переживать, и ничего не надо было делать. «Прекрасное состояние», — думала она, наслаждалась шумом улицы и теплой осенней погодой.

Мальвина была красавицей — стройная, смуглая, высокая, с длинными черными волосами. На работе — всегда ответственная, старательная, инициативная. Никогда ни к кому не предъявляла претензий, не любила сплетничать, никого не подставляла. Если так посмотреть, то у неё было всего два недостатка — отсутствие такого же, как у Юли, шикарного декольте и сумасшедший начальник — Валентин Андреевич.

Идя по улице и думая как раз об этом, Мальвина поймала себя на мысли, что со вторым недостатком она уже расправилась, а вот декольте так и останется, похоже, пустым. Она засмеялась и вздохнула.

Ей захотелось домой. Там была теплая кровать, телевизор и вкусный чай.

Мальвина жила в одной квартире с бывшим мужем.

Уже полгода, как раз столько, сколько в их отделе правил Валентин Андреевич, они с мужем были в разводе, но, почему-то, продолжали оставаться на одной территории. Две, закрывающиеся на замок комнаты в конце длинного коридора, общая кухня, ванная и дежурное «привет» по утрам. Больше их ничего не связывало. Спроси у Мальвины, почему они развелись, то она уже и не смогла бы дать внятного ответа. Не сошлись характерами — вот такая глупая и пустая формулировка. А как они конкретно не сошлись? Ей было и самой не очень понятно. Они были очень похожи друг на друга. Так сильно, что не получилось срастись. Он вполне мог позволить себе новую квартиру, но почему-то продолжал жить рядом с Мальвиной, полностью оплачивая их жильё и не проявляя к ней ни внимания, ни раздражения.