Поводырь

Статья 2 кодекса инквизиторов. Помогай слабым и немощным, помогай попавшим в беду. Наставляй на путь истинный и проповедуй волю богов, не забывая, что сначала слово, а только потом меч…

«И какой чёрт меня только заставил сюда сунуться?!» – ругался сам на себя Реммет за то, что решил помочь несчастной красотке. Удивительно вообще в принципе слышать такое сочетание, как «инквизитор – несчастная красотка». Но это была не слуховая иллюзия и не галлюцинация, и даже не магия. Реммет действительно ввязался в передрягу из-за женщины, а теперь уже сомневался, что выберется живым и здоровым, по ходу дела отбиваясь палашом от головорезов.

История крайне прозаичная: едет тёплым летним днём инквизитор по дороге и видит прекрасную, юную деву в солдатской форме в составе небольшого конвоя из семи ландскнехтов, сопровождавших её в дороге. По всем правилам приличия познакомились, оказали друг другу знаки внимания и почтения, как это положено. И вдруг она спрашивает, куда Реммет отправляется. Тот сначала думал, что сказать: или солгать ей, что колдуна выслеживает, либо же оборвать разговор на полуслове и резко одёрнуть девушку, мол, с инквизитором языком чешешь, а не с каким-то смердом, сумасшедшая. Но глядела она на него так мило, так испуганно и так кротко, скромно, что сердечко Реммета аж ёкнуло в груди. А там он и тут же честно признался, мол, едет, куда глаза глядят, шляясь по юго-западным землям материка без дела.

Там она и предложила ему присоединиться к своему маленькому освободительному походу. Суть была такова: у неё есть возлюбленный такого же юного возраста, да только дурачина по рассказу леди тот ещё. Сам вроде бы сын далеко не беднейшего землевладельца лорда Ванкреда Парадайса, известного округе своей прагматичностью и рассудительностью, а так же тремя сыновьями Корвином, Винсафом и Нистрамом. Так вот младший из них далеко не в отца пошёл: по слухам кутить любил, в карты играть, да во всякие авантюры ввязываться. В этот раз в одну вкрутился, да не выкрутился и попал в плен к бандитам. Возлюбленная его, когда узнала о похищении, с ужасом обнаружила, что отец за сыночка-дуралея впрягаться не собирается, а потому решила сложа руки не сидеть: собрала несколько отрядов наёмников и поспешила своему суженому на выручку. А когда увидела инквизитора, то решила, мол, тот в бою с бандитами неплохим подспорьем будет.

Реммет поначалу хотел отказаться. Не вариант ему всяких малолетних глупцов с горячей кровью и куском навоза в голове вместо мозгов из плена спасать. Пусть мирские этим и занимаются. Их проблемы. Но потом, стоило только девушке взглянуть на него своим кротким, юным и даже соблазнительным взглядом и напомнить о том, что помогать нуждающимся это одна из главных обязанностей инквизитора по кодексу, согласился.

По плану её всё должно было состояться быстро. Лагерь бандитов стоял у опушки леса. Один отряд должен был атаковать слева, другой справа, а третий, состоящий из метких стрелков (отряда бывших мушкетёров из числа наёмников, оставшегося без работодателя), прикрывать атаку прицельной стрельбой из зелёнки. Вроде всё просто, как два пальца. На деле же стрелки в назначенный момент почему-то прикрывать огнём бойцов ближнего боя не стали. Ещё одна проблема заключалась в том, что бандитов было человек пятьдесят, а два отряда девушки насчитывали двадцать рубак, да семь стрелков. Собственно, без их огневого прикрытия ситуация и стала практически безвыходной.

Так теперь Реммету приходилось отчаянно отбиваться от головорезов, да ещё и следить, чтобы этого малолетнего сумасброда, за которым пришли, не убили. Задача не из лёгких, но благо выполнимая. Инквизитор успешно рубил всех направо и налево, получив всего несколько неглубоких порезов от врага. Притом удивительно, но даже с таким соотношением сил атакующим удалось перехватить инициативу: как ни крути, инквизитор – хорошее подспорье для победы в бою. А тут ещё и к концу заварушки те самые стрелки-наёмники присоединились, начав пальбу из-за кустов, выпустив пару пуль в оставшихся врагов. Так, в конце концов, бандиты были побеждены.

Уставший Реммет вытер пот со лба и осмотрелся, выискивая взглядом цель. Юный повеса сидел связанным у костра. Правда, сейчас выглядел скорее как доходяга – весь измученный, измождённый, да с испуганными от произошедшего зелёными глазами. Одет в лохмотья, давно нестрижен и с неряшливой козлиной бородой – чудо в перьях, если одним словом. Инквизитор поспешил развязать его, и только юноша вырвался, как тут же принялся избивать ногой труп одного из бандитов.

– Сука! Тварь! Урод! Паскуда! Сын шлюхин! – приговаривал он и пинал мёртвое тело до тех пор, пока не грохнулся без сил на землю, устало дыша и сухо откашливаясь.

– Да простят его Боги за гнилой язык… – вполголоса произнёс Реммет. Вот только не ожидал, что юнец это услышит.