Повесть о старых женщинах

«Романист — это человек, на которого жизнь производит такое волнующее впечатление, что он испытывает неодолимую потребность поделиться им с другими»[1], — писал Арнольд Беннет — автор романа «Повесть о старых женщинах».

Перечисляя качества, необходимые романисту, он выделял три основных: чувство красоты, страстную напряженность видения и величие духа. Без них он не представлял себе подлинного художника-творца. Все остальное, и в том числе литературную технику, хотя ему и не просто было в этом признаться, он считал второстепенным и легко сбрасывал со счета. Дух великого романиста должен быть великим, — утверждал Беннет. — «Он должен быть отзывчивым, чутким, мужественным, честным, мягкоироничным, нежным, справедливым, милосердным… А самое главное, — прибавлял Беннет, — он должен опираться на здравый смысл»[2]. Себя самого он не причислял к великим романистам. Великим он считал только Генри Филдинга за непревзойденную широту и благородство духа. Но справедливость требует признать, что автор «Повести о старых женщинах» обладал многими из тех качеств, которые он считал обязательными для романиста. Ему были свойственны честность и милосердие, мягкая ирония и чуткость, а также то особое умение проникать в жизнь, которое он называл «напряженностью видения», и, конечно, он был наделен способностью опираться на здравый смысл. Для того, чтобы лучше понять Беннета, своеобразие его художественного мира, важно отдать себе отчет в том, как понимал он красоту. Что такое красота для Арнольда Беннета? Чувство красоты он связывал с влюбленностью художника в жизнь, с его способностью быть зачарованным ею. Только тот, кто наделен этим умением, и может постигать красоту жизни. Красота может быть странной, такой, какой никто прежде не видел, но если художник уловил и передал ее в своем романе, то она будет жить. Так, заслугой своего предшественника Джорджа Гиссинга, писавшего о жизни обитателей лондонских трущоб, фабричных рабочих, о нищете и страданиях городской бедноты, Беннет считал открытие «несомненной и ранее никем не обнаруженной красоты в тех формах существования, к которым до него не снисходил ни один художник»[3].

Арнольд Беннет любил повторять, что «хороший роман — это всегда автобиография, окрашенная в цвета всего человечества». «Откуда и как раздобывает романист ту живую ткань, которая служит ему материалом?» — спрашивал он. И отвечал: «Он отсекает ее от себя. Первоклассное произведение художественной литературы всегда в конечном счете автобиографично и обязательно должно быть таким… Когда нужна подлинная творческая работа — а она нужна для каждой страницы, — эффективную опору романист обретает только в себе самом, своей цели он достигает, практически ничего не придумывая, а только аранжируя и варьируя то, что сам чувствовал и видел»[4].

Все эти суждения имеют непосредственное отношение к творчеству самого Беннета. В его романах автобиографическое начало слилось с умением открыть красоту там, где до него ее никто не видел. Он ощутил ее в обыденной жизни внешне ничем не примечательных обитателей Пяти Городов, расположенных в северной части Стаффордшира. Здесь, в этом центре гончарной и фаянсовой промышленности Англии, Беннет родился и вырос, здесь прошли его детство и юность. Это были его родные места, которые он знал с ранних лет, воздух которых вдыхал. Ему были близки и понятны люди, населявшие Пять Городов — Тенстол, Берслем, Хенли, Сток-он-Трент и Ленгтон[5]. Он знал их обычаи и нравы, интересы и стремления, их манеру говорить и об этом писал в своих романах — «Анна из Пяти Городов» (1902), «Леонора» (1903), «Повесть о старых женщинах» (1908), «Клейхенгер» (1910), «Хильда Лессуэйз» (1911) и рассказах «Повести о Пяти Городах» (1905), «Угрюмая улыбка Пяти Городов» (1907).