Потерянная надежда

— Герцогиня? Спускаться собираешься? Работа ждёт.

Кэт подняла голову, взглянув на стоявшую на пороге комнаты женќщиќну средних лет со следами былой красоты на лице. Та с некоторой жалостью смотрела на собеседницу.

— Лиз, у меня сегодня нет настроения, — устало ответила Кэт, поболтав вином в бокале. — Я беру выходной.

— Опять хандра, — Лиззи подошла и отобрала бокал. — Что-то часто ты стала к бутылке прикладываться последнее время, милочка. Я, конечно, хорошо к теќбе отношусь, и могу понять, когда ты не имеешь желания работать, но учти, Герцогиня, пьяниц я не держу. Пошли, развеешься немного. Клиентов моќжешь не высматривать, просто посиди, отдохни, отвлекись.

— Иди к чёрту, Лиз, — девушка фыркнула и откинулась на спинку стула. — Меќня устраивает моя комната и бутылка в качестве компаньона. А пьяницей не стану, не волнуйся.

— В таком случае, иди хотя бы скажи своему маркизу, что ты сегодня выходќная, — Лиззи хмыкнула. — Меня он не слушает, и ждёт, когда ты спустишься к нему.

— А самому подняться у него что, кишка тонка? — раздражённо отозвалась Кэт. — Его я хочу видеть в последнюю очередь!

Лиз хихикнула.

— Милочка, ты забыла, маркиз слишком хорошо воспитан, чтобы подняться в комнату к женщине, пусть даже и обычной шлюхе! Иди, спустись, Кэт.

— Пусть катится ко всем чертям! — категорично отозвалась девушка. — И моќжет засунуть свою любовь себе в задницу!

— Так ему и передать? — Лиз изогнула бровь.

— Да, так и передай, — зло прищурилась Кэт.

После ухода Лиз Кэтти по прозвищу Герцогиня встала, прошлась по комнате, и остановилась напротив потемневшего зеркала в резной деревянќной раме, покрытой облезшей позолотой. Оттуда на неё глянуло миловидное личико, по которому невозможно было определить возраст — то ли двадцать, то ли тридцать, — в тёмно-зелёных глазах плескалось усталое равнодушие и тоска. Именно это выражение взгляда придавало взрослость девушке, стирая границу возраста. Рыжие волосы мягкими волнами обрамляли лицо, спусќкаќясь до талии, шёлковое платье с низким декольте очерчивало плавные изгибы фигурки, открывало смуглые плечи, изящную шейку, большую часть груди. Кэти нельзя было назвать неотразимой красавицей, но она обладала неулоќвиќмым, завораживающим шармом, особенно в те редкие моменты, когда улыбаќлась. Однако сама девушка не считала себя сколько-нибудь привлекательной, даже несмотря на то, что большинство мужчин предпочитало проводить ночи именно с ней, и из-за неё даже случались драки.

Размышления Кэти прервал негромкий стук в дверь. Она с досадой скривила губы, догадываясь, кто это — только один человек стучался к ней. В три шага оказавшись у входа, она распахнула дверь.

— Тебе наплевать, что я не в настроении и никого не хочу видеть? — резко спросила она, нахмурившись.

Перед ней стоял молодой человек лет двадцати пяти, приятной внешќности, но на улице Кэти вряд ли бы обратила на него внимание.

— Дорогая, я просто хотел узнать, как ты, Лиз сказала, ты плохо себя чувстќвуќешь, — маркиз шагнул в комнату мимо девушки.

— Я чувствовала себя прекрасно до твоего появления, — сухо ответила она, скрестив руки на груди. — Убедился, что со мной всё в порядке?

— Не злись, Кэти, — её собеседник мягко улыбнулся. — Можно поговорить с тоќбой?

— О чём? — с подозрением осведомилась Кэт. — Если опять о твоих чувствах, то я не буду слушать. Они мне не нужны.

— Я хочу забрать тебя отсюда, — неожиданно сказал маркиз.

— Мой бог, куда?! — опешила от такого предложения Кэти. — Мне и здесь непќлохо живётся!

— К себе, — просто ответил её собеседник. — Я не хочу, чтобы ты встречалась с другими мужчинами.

Кэти рассмеялась.

— Милый, наивный мальчик, я же шлюха! Клиенты — мой хлеб и мой зараќбоќток, Лиззи конечно хорошо ко мне относится, но задаром держать не будет. И потом, зачем тебе в твоём шикарном особняке такая, как я? Тебе же будут тыкать пальцем в спину и шушукаться!

— Мне всё равно, что будут говорить у меня за спиной, — несколько резко отвеќтил маркиз. — Но мне не всё равно, как ты живёшь, Кэт. Я хочу, чтобы ты бросила эту свою работу. Ты ни в чём не будешь нуждаться, у тебя будет всё.

— Угу, — она иронично изогнула бровь. — Дорогой мой, да тебя через неделю перестанут принимать в высшем свете, стоит только кому-нибудь из твоих друзей встретить меня. Я ж переспала с половиной сливок общества Парижа. Мужской половиной, — с усмешкой добавила она. — И, судя по тому, как регуќлярно они посещают бордель Лиззи, я запомнилась им. Выкинь эту бредовую идею из головы. Если я тебе нужна, приходи сюда, только не уговаривай ниќкуда переехать. У меня, знаешь ли, тоже есть гордость.

— Кэт…