Посредник

Капитан Олег Дыхов вторую неделю был на взводе. Не в том смысле, что его понизили до взводного (ибо служил он вовсе не в доблестных вооруженных силах, да и понижение ему пока не грозило -- наоборот, еще недавно светила звездочка покрупнее), а в том, что пребывал в состоянии нервного возбуждения. Возбуждение это, поначалу радостное, вроде ажитации людомана, дорвавшегося до рулетки, потихоньку расцветало все более тревожными тонами, и к исходу первой недели Дыхов напоминал скорее игрока, спустившего за вечер месячное жалованье и не выигравшего ни единой ставки.

Между тем причина его нервозности, некто Виктор Жучков, даже не подозревал о страстях, что бушевали в капитанской душе. К счастью для себя, Жучков, он же личный дыховский агент по кличке Жук, много о чем не подозревал. Парень сильно бы расстроился, просвети его кто-нибудь насчет службы Дыхова. А как он разочаровался бы в жизни, узнай о собственном статусе, даже подумать больно.

Правда, настоящим агентом Жучков не был. Его никто не вербовал, его имя и кличка не фигурировали в милицейских рапортах и протоколах и ему не платили за предоставляемые сведения. Он, вообще говоря, понятия не имел о том, что их предоставляет. Жук считал себя ловким, изворотливым дельцом-посредником, работающим исключительно на себя и способным облапошить самого черта. На деле же, при всей своей хитрости, был он существом недалеким и -- при умелом подходе -- довольно простодушным.

Дыхов подход нашел. В нежном возрасте Олег с Витькой болтались в одном дворе и учились в одном классе, но дружбы между ними не получилось. Витька, снедаемый жаждой наживы, вечно пытался кого-то надуть, что-то загнать или выменять с выгодой для себя. Водиться с ним было скучно. Позже пройдоха нашел себя на ниве посреднических услуг, шастал по тусовкам и фарцовкам, вынюхивал, кому что надо и почем продается, и устраивал сделки, снимая жирненький навар. Однажды, незадолго до совершеннолетия, он сорвал солидный куш, благодаря которому получил отсрочку от армии и переехал в собственную квартирку, так и оставшись в неведении о том, что Олег после дембеля избрал ментовскую стезю. Когда же через пяток-другой лет страну озарил здоровый рыночный капитализм и разорившийся Жук вернулся под отчий кров, Дыхов носил уже исключительно штатское и на вопросы о работе отвечал расплывчато. У Жучкова почему-то сложилось впечатление, что бывший одноклассник, как и он, перебивается случайными, не вполне законными заработками.

Искушенный опер его не разубеждал, быстро сообразив, что Витька-Жук по-прежнему жаден и неразборчив в средствах. А значит, наверняка вертится в околокриминальных кругах и может быть полезен в качестве источника инфы. Олег втерся к нему в доверие, они стали приятелями и собутыльниками. А за бутылкой, само собой... Изображая зависть и восхищение, Олег расспрашивал о Витькиных делах, спрашивал совета, глядел в рот и ловил каждое слово, вовсю играя на человеческом тщеславии и раскручивая Жука на хвастовство. Вот так, благодаря пьяненьким откровениям, менты однажды и обезвредили одного педофила, попутно взяв под колпак притоносодержателя; вычислили двух наркодилеров, заодно ликвидировав оба канала доставки героина; привлекли к ответственности трех организаторов заказных убийств, пристрелив киллеров на задании; предотвратили серию терактов, уничтожив склад оружия, и взяли шайку отпетых мошенников, заполучив шикарный компромат на пятерых депутатов госдумы.

Естественно, столь ценного источника берегли изо всех сил. Жука ни разу не привлекли за пособничество и даже старались оградить от треволнений, повязывая его клиентов, когда те гарантированно выходили из контакта с посредником. И Жук продолжал приносить пользу отечеству, находясь в счастливом неведении относительно своей высокой миссии.

Но недавно в отлаженном механизме случился сбой. Дыхову шепнули, будто Жучков чудит. В один промозглый день бесценный агент с утра занял пост у дверей некой булочной и отстоял там до самого закрытия, отлучаясь только в кустики. Бессменная вахта длилась три дня. Лил дождь, налетал холодный шквалистый ветер и, постоянно видя сквозь витрину странную фигуру, нервничали и обсчитывали покупателей продавщицы. Жучков все больше съеживался и чаще топтался, но не уходил.

На четвертый день Дыхов дождался вечера, купил полдюжины пива и отправился в гости. Однако Жук, против обыкновения, приятелю не обрадовался, от пива, сославшись на нелады с желудком, отказался, и разговора не получилось. За неделю Дыхов, раскручивая упрямца, испробовал почти все известные ему трюки: подсылал выгодных "клиентов" и красоток разных амплуа, заманивал Жука на стадион и в сауну и даже организовал ему ночную отсидку в "обезьяннике" родного управления. Все было напрасно. Клиентов Жучков отшивал, на красоток не реагировал, заманчивые приглашения отклонял, а настойчивым ментам резонно заявил, что ничего противоправного не совершил, а потому в своих поступках отчитываться не обязан.