Посреди земли

Новелла, охарактеризованная так известным венгерским писателем Ласло Неметом, является как раз тем жанром, в котором венгерская проза на протяжении XX века наиболее успешно оспаривает пальму первенства у поэзии, традиционно главенствующей в венгерской литературе.

Художники слова первой половины столетия, периода наибольшего расцвета венгерской малой прозы, вписали немало блестящих страниц в историю новеллистики, многогранно и достоверно отобразив в своем творчестве реальность буржуазно-аристократической Венгрии с ее историческими и социальными аномалиями и противоречиями, человеческими драмами и конфликтами. Из всех прозаических жанров именно в новелле нашли наиболее яркое отражение революционные события 1919 года, борьба венгерского рабочего класса против хортистской деспотии и антифашистские настроения прогрессивной венгерской интеллигенции. Беспощадно реалистические, проникнутые социальным протестом рассказы Жигмонда Морица и лаконичные, но страстно обличающие бесчеловечность буржуазного мира новеллы Лайоша Надя, острые гротескно-сатирические произведения Фридеша Каринти и лирическая, причудливо ассоциативная, опровергающая привычные представления о новелле проза Дюлы Круди — таковы основные элементы богатой литературной традиции, питающей современную венгерскую новеллу.

В литературе социалистической Венгрии имеется немало прозаиков, чьи наибольшие творческие достижения связаны с трудным, но прекрасным искусством малого жанра. В «капле» новеллы, может быть, не столь широко, как в эпическом море романа, но зато с большей интенсивностью отразили они переломные события последних тридцати с лишним лет, глубокие перемены в судьбе и сознании человека новой общественной формации. Среди признанных мастеров новеллы такие писатели старшего поколения, как Эндре Иллеш, Эмиль Коложвари Грандпьер, Бориш Палотаи, Лайош Мештерхази, Эндре Веси, а также многие представители поколения, вступившего в литературу в 50-е годы: Эржебет Галгоци, Ференц Шанта, Карой Сакони, Дёрдь Молдова, Эндре Фейеш. Многие их произведения известны советским читателям из периодически издающихся у нас сборников венгерской новеллы, журнальных публикаций, а также антологии венгерского рассказа, вышедшей в серии «Библиотека венгерской литературы»[1].

Предлагаемый сборник значительно расширяет наши представления о современной венгерской новелле: около половины его авторов, прежде всего — молодые, пока что совсем или почти неизвестны советскому читателю. В книгу включены произведения писателей различных поколений и творческих индивидуальностей. Здесь и старейшины венгерского литературного цеха (Э. Коложвари Грандпьер, Б. Палотаи, И. Болдижар), и те, кому едва исполнилось тридцать (М. Вамош, С. Эрдёг). Вместе с тем новеллы, публикуемые в этом сборнике, объединяет одно качество: написанные преимущественно во второй половине 70-х годов, они передают дух и проблемы нашей современности, отражают творческие поиски, характерные для всей венгерской литературы последнего десятилетия.

Современную венгерскую прозу отличает интенсивный поиск новой проблематики, расширение границ изображаемой действительности, обновление и усложнение художественной формы. Перемены в литературе вызваны прежде всего крупными сдвигами в жизни венгерского общества, переходом его к более высокой и сложной стадии социалистического развития. Обновление экономического механизма и расширение социалистической демократии, быстрый рост уровня жизни и потребления, технический прогресс и урбанизация, изменившая образ жизни значительной части населения страны, — эти процессы, не все и не всегда однозначно позитивные, чрезвычайно сложные в своих взаимодействиях, обусловили постановку в литературе новых вопросов социально-этического и философского плана. Если лучшие достижения венгерской прозы 60-х годов (как, например, известные у нас «Двадцать часов» Ф. Шанты и «Пьяный дождь» Й. Дарваша) были связаны главным образом с отображением драматических конфликтов, порожденных борьбой за утверждение социализма на венгерской земле, то в 70-е годы (а точнее, уже с конца 60-х) вектор писательских поисков заметно переместился в плоскость морали, приобретающей в современном социалистическом обществе значение все более важного регулятора отношений между людьми, их поступков и внутренних побуждений.