Последний танец

– Жакус, ты где? Тебя ждет твоя любимая рыбка, – позвала я директора, не увидев его в кабинете.

– Тут я, Анюта, – раздался голос из подсобки, и вскоре оттуда появился мой начальник. Он поправил свою рубашку, выбившуюся из-за пояса брюк, и расплылся в улыбке. – Ты меня балуешь.

Я протянула ему пакет с упаковкой филе соленой нерки. Мне не жалко, а хозяину междумирного бара приятно. Как недавно выяснилось, ранее он такого угощения никогда не пробовал, поэтому я частенько баловала начальника рыбкой разного приготовления. В конце концов, я ему благодарна за то, что он появился в моей жизни.

– Как вчера вечер прошел? – спросила я, снимая шубу и шапку.

– Тебя не хватало, Анют. Девчонки, конечно, выступили хорошо, но изюминки вечера не было.

– Извини, меня на самом деле задержали на работе до поздней ночи. Грядет проверка, и нужно было привести в порядок большую кучу документов.

– У нас договор, Ань, – сказал Жакус укоризненно и потер свои рожки.

Его наросты до сих пор приводили меня в восторг, хотя работаю я тут уже двадцать дней, и, по идее, должна была привыкнуть. Рожки росли от верха лба и сплошной линией по голове – этакий ирокез. Мне Жакус напоминал своим видом пухлого динозаврика.

– Я отработаю этот день, можно?

– Хорошо. Тогда останешься не до тридцатого, а до тридцать первого декабря по вашему времяисчислению. Предупрежу Розилию, что она может задержаться на больничном еще на один день.

Это что же, новогоднюю ночь мне придется провести здесь? Ай, ладно, все равно это интереснее, чем сидеть дома одной и поедать салаты под просмотр телевизора.

– Спасибо, Жакус, ты – чудо! – я подошла к иномирцу и обняла его. – Пойду я переодеваться, а то уже скоро на сцену.

– Иди, Анют. Твоя гримерка заждалась.

Хороший он человек. То есть, вовсе не человек… Впервые увидев Жакуса, я завизжала от ужаса. Но не от его внешнего вида, нет. Рожки были спрятаны под шапкой, и внешний вид не вызывал страха. Просто меня напугала его настойчивость. Он с таким усердием пытался догнать меня рано утром в парке, когда я шла на работу, что я вообразила, будто это маньяк. Как сейчас помню тот странный диалог в темноте зимнего раннего утра:

– Девушка, ну подождите, пожалуйста, ну почему же вы убегаете? У вас варежка упала, я поднял. Заберите, пожалуйста, мне чужого не надо. Девушка! Ну остановитесь же! У меня к вам интересное предложение. Вопрос жизни и смерти!

Только эти слова заставили меня тогда остановиться и прекратить кричать. Хорошо, что в тот момент вокруг не было прохожих, а то получилось бы нехорошо.

– Что вам от меня нужно? «Что случилось?» —спросила я его, забирая свою варежку.

– У меня работница заболела, нужно срочно найти замену. А вы такая вся необычная, красивая, наверное. Вы абсолютно точно понравитесь моим клиентам!

Ага, красивая, сказал тоже. Хотя, добавил слово “наверное”, что уже похоже на правду. Я обычная “серая мышь”, каких миллион. Светлые волосы, собранные в хвост, серо-карие глаза, ничем особым не выдающаяся фигура. Привлекательной я себя не чувствовала, наоборот, всегда считала себя страшненькой. Парни не обращали на меня никакого внимания, и я к этому уже привыкла. Да и характер у меня тоже… Всего стесняюсь, всего боюсь. До сих пор удивляюсь, как умудрилась устроиться на работу бухгалтером, где проводился строгий конкурс на эту должность. Наверняка, все дело в том, что моя начальница – женщина, а ее муж работает там же. Чтобы не допустить рядом красивой соперницы, она и наняла меня. Логично же. Отчасти я ее понимаю, ведь на отборе были такие красотки на высоких каблуках и с большими… умами.

– Каким еще клиентам?! За кого вы меня принимаете? – возмутилась я после слов незнакомца.

– За красивую девушку, которая, просто танцуя, может заработать за одну ночь сто тысяч рублей. Не считая чаевых от посетителей. Рубли же у вас тут? Я ничего не перепутал?

Я округлила глаза. То ли от предложения танцевать, то ли от озвученной суммы.

– Мало? – спросил он, увидев мою реакцию. – Хорошо, я готов пойти на уступки в связи со сложной ситуацией. Двести тысяч ваших рублей за ночь танцев.

Он достал из кармана маленький калькулятор, набрал на нем какие-то суммы, сам себе кивнул, и убрал его обратно.

– Вы меня разыгрываете? – спросила я холодным тоном. – Очень смешно. Где камера? Тик-токи свои снимаете?

– Что вы?! У меня форс-мажор! Какой розыгрыш?! Нет у меня никаких тикитоков. Но я готов их купить, надеть и снять, если вы так хотите. Только выслушайте мое предложение.

Я фыркнула от смеха, но он выглядел искренним и в то же время опечаленным.

– И что же это за работа такая – танцевать? Стриптиз что ли, с продолжением?

– Не знаю, что такое стриптиз. Просто танец, красиво двигать телом. У меня бар. В нем много странствующих путников, которые оставляют хорошие деньги. Им нужно отдохнуть с дороги, посмотреть на красивых девушек, выпить что-нибудь, понимаете? Ничего больше. Хм-м-м, я понял, что вы подумали!

Я почувствовала, как мои щеки запылали от стыда.