Последний шанс

Иван в эти выходные решил отдохнуть с друзьями, уехать за город на природу, искупаться в Днепре, позагорать бездумно, отбросив в сторону все домашние проблемы и заботы. Устал человек за неделю. На работе целыми днями упирался, а и дома покоя не было. Сам готовил, убирал, стирал, до ночи крутился на ногах, так что ни прилечь, ни присесть, хотя и жена имелась. Но для чего? С нею даже постель делить не хотелось. Устал человек. Вот и сегодня решил помыть окна, сквозь них уже деревья перед домом не видно, слой пыли на палец, а баба не понимает, зачем нужна лишняя морока.

Мужик молча возмущается:

— Ладно бы работала, а то целыми днями дома сидит, а толку никакого. Совсем схомутала стерва, — моет окно человек, злясь на самого себя.

Решил сегодня проучить жену и не готовить ужин как всегда. Пусть сама мозги сыщет и встанет к плите. Хоть что-то сообразит поесть. Но не тут-то было.

Смотрит снизу на Ивана, ни тряпку подать, ни занавеску. И только телевизор интересует бабу. От него ни на шаг. Там опять какой-то сериал крутят. Про чужую любовь… Жена от этого фильма без ума. Хотя никогда его не имела. То хохочет, то визжит, то вскрикивает. Ваня от ее эмоций со стремянки чуть не падает. Что творится с бабой, с чего заходится? А она подошла внезапно:

— Вань, а Вань! Скажи честно, а ты мне изменял когда-нибудь?

— Пока нет. А что? Уже пришла пора?

— Да ты что?

— Времени нет даже подумать о том. Или не видишь? На работе впрягают по уши, дома пашу без отдыха. А ты, как слепая сидишь, даже не поможешь. Ведь это твое дело мыть окна! Ведь баба! Так даже пожрать не умеешь приготовить! Другие детей растят, а мы о них даже не говорим. Ты любого голодом заморишь.

— Ну, хочешь, бутерброды сделаю, чай соображу. Чего наезжаешь? Все тебе не так. Я понимаю, почему на мне отрываешься. Наверно, прикололся к какой-нибудь бабенке на работе, вот и ищешь повод придраться ко мне.

— Тут уж у любого терпение лопнет, — домыл окно, подошел к телефону, набрал номер тестя:

— Михаил Петрович, добрый вечер! Я вот чего звоню, приезжай за Светкой, забирай от меня насовсем. С меня хватит! — глянул на удивленную бабу. Та на время оторвалась от телевизора.

— Нет, не погавкались, просто ничего не клеится. Не хочу у бабы дышать в прислугах всю свою жизнь. Ни стирать, ни готовить не умеет! — возмущался человек и услышал в ответ:

— А что тут мудрого? Заложил в стиралку грязное, включил программу, через пару часов все постирано, подсушено. Столовая напротив, взял кастрюли, набрал, что душе угодно и никакой мороки дома. Теперь все так живут, — успокаивал тесть, добавив, что и сам жену ничем не загружает.

— Тогда зачем мне Светка нужна? Бабы в городе не дефицит. На каждом углу кучкуются. Снял на ночь, покувыркался, на месяц хватит. И главное никаких забот. Тут же, ваша дочь, как лишняя мебель в квартире, все время на глазах маячит, устал от нее. Ни тепла, ни понимания, никакой помощи. Сплошной геморрой! Нас ничего не связывает.

— Я вас не женил и даже не знакомил. Сами нашли друг друга. Но коли невмоготу стало вместе, привози, я от дочери не откажусь. Хотя повод меня не убедил. Тут что-то другое кроется! — не поверил тесть.

— Собирайся! — приказал Иван бабе. Та смотрела на мужа, едва сдерживая ярость:

— За что опозорил? — спросила сквозь зубы.

— Я не сказал главное. Ты никогда не любила меня, а ведь прошли годы. Мы бездарно потратили их, украли друг у друга. Зачем была нужна эта игра в одни ворота? — возмущался Иван.

— Не заходись. Давай разбежимся без базара. Ты тоже не подарок, если разобраться. Я здесь целыми днями одна сидела. Когда возвращался с работы, ни разу не присел, не поговорил, ни о чем не спросил. Будто меня вовсе нет. Я нужна была только для постели. Кому в радость такая жизнь? Чуть выдавалось время, бежал к друзьям. С ними интересно, со мною скучно. А теперь я во всем виновата, — зашмыгала носом.

— Я две недели пролежал в больнице с пневмонией, ты ни разу не навестила.

— Ты не звал. Если б сказал, пришла бы. Я думала, что не хочешь видеть меня! В последнее время часто придирался. Все тебе плохо! — пихала в чемодан тряпки, оглядывалась на Ивана, ждала, что тот передумает. Но напрасно…

Мужик помыл руки, стал одеваться:

— Поторопись. Я долго ждать не буду. Мне к Коле надо успеть, у него год исполнился, как отец умер. Просил придти, а ты тянешь резину.

— Так поедем вместе! — предложила баба, не сморгнув.

— Еще чего придумала! Давай живо выметайся! — вскипел человек.

— Если бы в самом начале я знала, чем все кончится, никогда к тебе не пришла и не поверила! Ты обычный хам и мужлан.

— А ты безмозглая курица, лентяйка и грязнуля!

— Вань, остановись! Ведь ты мне говорил про любовь. Клялся, что до самой смерти будешь одну меня любить. Выходит, врал?

— Нет, не брехал. Но ты вытравила из души все светлое, что было к тебе! Если бы ты любила…