Последний Судья

Вернуться домой

Рассказ.

Мы с Коляном были в тот момент с большого бодуна… Ну как большого: по полбутылки на брата выжрали накануне: день работника общественного транспорта, всё-таки. Деньги позаимствовали из гомонка Коляновской Ленки: пока она на дежурстве была. А повод вполне законный: Колян однажды целых два дня работал в автобусном парке, сторожем. Пока его не поймали на выносе двух баклажек с незамерзайкой. Так что полечиться нам тогда хотелось… Ну страсть как! Так. О чём это я?..

А, да. Вот: только не вполне… э… адекватное состояние и сподвигло нас эту дебильную идею и правда — осусще… Ощусэ… Это, как это… Короче: воплотить! Тем более, что все доступные люмениевые провода с отключенной ЛЭП, в-смысле, с деревянных столбов, старые кастрюли, и даже остатки телефонных кабелей мы к тому времени на цветной металл посдавали. И даже металлолом выгребли со всех поселковых сараев…

Словом, мысль о том, что в давно заброшенной и проклятой усадьбе графьёв Полторацких могут иметься ещё никем не растащенные ценности, спрятанные в забитых мусором, или даже замурованных, подвалах, не давала нам покоя аж три недели. Поскольку именно столько прошло времени с тех пор, как туда водили экскурсию из экстремалов. А именно — любителей всяких «зон отчуждения» типа Чернобылей, и просто заброшенных складов, и диггеров, которых через объявления в интернете собрали, и водили туда наши отвязные малолетки: Интерфейс и Глюк. Они, собственно, и сами, не уверен, что верят во всю эту лапшу про призрак графини Ольги, но уж развешивать её на уши доверчивым лохам из города научились: профессионалы. Почти как Байден.

Ну а мы с Коляном тогда чисто случайно оказались рядом — лежали в кустах, ожидая, когда закончится период «бурной страсти» у Коляновской бабы — я уж говорил: Ленка её зовут. И после того, как Колян разбил случайно её любимую вазу, гонялась она за ним по всему посёлку со скалкой. А что? С Ленки станется: запросто могла сделать ему и сотрясение мозга, и перелом пары рёбер! А вот задница и ляжки у моего всегдашнего напарника очень даже крепкие: отделался тогда просто тремя огромными фингалами. Гематомы они называются, когда надо больничный выписать. Или протокол составлять.

Вот и пережидали мы, пока с сожительницы Коляновской сойдёт, спрятавшись в кустах с ежевикой: я-то согласился побыть с Коляном за компанию… Да и на разведку сходить, посмотреть, как там Ленка, не остыла ли, если что. И вот, пока мы лежали, неплохо в-принципе, спрятавшись, Интерфейс и провёл, так сказать, «вводную лекцию» про нашу усадьбу.

Я и не подозревал, что она, в-смысле, усадьба, у нас такая «историческая». Нет, конечно пацанами мы туда бегали, пялились, копались в мусоре… Но уже тогда там смотреть было не на что. ну, или это мы привыкли, и нам было пофиг — не то, что диггерам там всяким, да ещё, как мы поняли, из соседнего района.

Оказывается, построили её аж в тысяча семьсот сорок третьем году, и въехал туда какой-то фаворит Анны Иоановны… Опальный к тому моменту. Что не помешало ему и его потомкам капитально обжить эту вотчину и прилегающие окрестности.

Ну, во времена большевиков, ясное дело, чухнули они все, эти самые потомки, за границу. И больше не показывались — не было о них ни слуху ни духу вплоть до развала Союза. А потом, в лихие девяностые, приехал один старичок-наследничек, потыркался по этим графским развалинам, да плюнул, и уехал. Не захотел даже пытаться отсудить права на «отчий дом». Да и то сказать: выглядела к тому времени усадьба ужасно…

От неё, если говорить конкретно и просто, только стены и остались. Крыша, балки, стропила, и вообще все перекрытия к тому времени давно сгнили. Мебеля и прочие атрибуты роскошной жизни оттуда ещё в двадцатые-тридцатые годы повытащили шустрые кулаки, а потом и колхознички. А уж про то, что даже все печки изразцовые разобрали на кирпичи, можно и не говорить… Так что от здания и всяких там служб-сарайчиков и пристроек остался к началу двадцать первого века только скелет из двухэтажных стен, к тому же местами порушившийся. И это ещё при том, что Великая Отечественная сюда не доходила. И там, в усадьбе, не делали склад, как в нашей церкви в тридцатые.

Ну, мы с Коляном про славную предысторию нашего местного «исторического достояния» и «приманки для сталкеров» слыхали кое-что и до этого, но чтобы так подробно, со всеми датами, и фамилиями архитекторов и прочих строителей, реставраторов и до-строителей… Плюс родословная: кто кого и когда родил. Да и ладно: не суть.

А суть в том, что какие бы отвязные все эти экстремалы и сталкеры не были, то, что они-то ничего потенциально ценного и большого из подвалов вытаскивать не будут, мы дотумкали. Ну правильно: они не за тем сюда приезжают!

А за — «впечатлениями», мать их… Ну и поснимать друг друга для Енстаграма.