Последний поцелуй

ВНИМАНИЕ!

Текст предназначен только для предварительного и ознакомительного чтения.

Любая публикация данного материала без ссылки на группу и указания переводчика строго запрещена.

Любое коммерческое и иное использование материала кроме предварительного ознакомления запрещено. Публикация данных материалов не преследует за собой никакой коммерческой выгоды. Эта книга способствует профессиональному росту читателей.

Переводчик:Анна К.

Редактор: Ольга С; Настя З; Ксюша Р.

Обложка:Александра В.

Перевод группы: vk.com/lovelit

Василий

Месяц назад

– Ты хочешь возглавить Братву Петровича? – кричит Георгий Петрович с дальнего конца стола. По генеалогическому древу Петровича он настолько далёк от него, что едва заслуживает место за этим столом. – В тебе нет ни капли крови Петровича!

– Разве? – спрашиваю я, и мне нет необходимости повышать голос, ведь любые эмоции показывают слабость, а я не слабый человек. – А что делает Петровичем? – поднявшись, начинаю обходить стол вокруг. – Разве кровь? Тогда половину из вас следует выгнать из-за этого стола за провальные тесты ДНК. Кто хочет сдать первым?

Я указываю на Томаса Григорьевича, верного члена банды, по крайней мере, в двух поколениях. Во время холодной войны его отец служил в КГБ.

Он слегка кивает в знак уважения и согласия, что Братва всегда была истинным братством, связанным скорее верностью, чем кровью.

– Хорошо. Ты, Килмент, когда мы подобрали тебя и твоего брата, вы остались сиротами на улице, ты считал себя настоящим «Петровичем», совершая своё первое убийство? Сделал свою первую работу? Когда мы говорим о Братве, мы говорим одним голосом. То, что делает один, делают все. Или этот принцип больше не правдив, Георгий?

Разносятся низкие звуки одобрения, а Георгий сидит, скрестив руки на груди, и раздражённо смотрит на стол. Сегодня мы встречаемся, чтобы обсудить будущее Братвы после смерти Сергея Петровича. Эту смерть помог организовать я, и многие подозревают это. Что затрудняет для меня следующий шаг – убийство Елены Петрович. Убийство двух Петровичей так близко другу к другу дурно пахнет, и пахнет переворотом. Сейчас мы нестабильная группировка, и отрубание головы этой змеи ведёт к хаосу. А чтобы я достиг своих целей, Братва должна быть стабилизирована.

Однако в этом логове беззакония нелюбовь поддерживает верность каждого, а страх. Петрович держал власть, ставя нас друг против друга. Чтобы подняться выше, я устранил все слабые места.

Меня отличает то, что я готов сделать всё, что угодно. У каждого мужчины за этим столом есть ограничения. У меня нет.

У мужчин, сидящих за эти столом, различные мнения на мой счёт. Некоторые смотрят на меня с благоговением и уважением, а другие с отвращением. Последних я уважаю, потому что человек, убивший свою собственную сестру, такой человек как я, заслуживает заточения в темнице подальше от человечества.

Но вместо этого, я стою в этой комнате, как потенциальный лидер этих воров и злодеев. Именно этого я хочу, не потому что жажду власти, а потому, что, контролируя Братву, я контролирую всё. У меня сейчас есть цель.

– Ты убьёшь свою мать, чтобы спасти Братву, Томас? А ты, Пётр, когда твоя сестра шепчется со своим любовником Павлом Ивановым, не беспокоишься о том, какие секреты она рассказывает? Или, Степан, на днях я видел, как твой сын держался за руки с... – Я останавливаюсь рядом со Степаном и кладу руки на его стул. Почти чувствую, как он дышит страхом. – ...кое-кем молодым и привлекательным. Мне показалось, они наслаждаются друг другом.

Пётр кашляет.

– Значит, ты готов убить нас всех, чтобы сохранить Братву? Это не причина, чтобы последовать за тобой.

– Нет, но вы знаете, что я пожертвую всем и всеми, чтобы защитить братство.

Они молчат, потому что, в отличие от других, моя сестра, Катя, мертва. Ликвидирована моей рукой по приказу Елены Петрович.

Я заканчиваю прогулку по комнате, остановившись перед стулом.

– Я тот, кто привёл наши интересы от торговли оружием до телекоммуникаций. Менее, чем через десять лет основной бизнес Братвы будет законным, а значит, нам больше не нужно прятаться за бронированными машинами. Больше не придётся надеяться на телохранителей, которых можно подкупить. Больше не нужно бояться милиции или КГБ. Можно инвестировать в футбольные команды или покупать особняки в Лондоне, не опасаясь преследования.