Последний месяц лета

Забрезжил рассвет. Тонкой полоской засветил сквозь деревья небольшой рощицы. Где-то настойчиво застрекотала сорока. Поодаль загудел пчелиный улей. Природа вокруг проснулась, зажила своей обыденной жизнью.

Вовка сидел на берегу небольшого озера и нанизывал приманку для карася на крючок. Рядом закряхтел дед:

– Ловись, рыбка, большая, ловись, маленькая. Эх, клёв сегодня прёт как, даже жаль уходить. Ну, Вовкин, давай ещё по одному разу и пора собираться.

Закинув удочки, они сели рядом. Старик задумчиво смотрел на поплавок, а Вовка рассматривал божью коровку, которая кружила вокруг его сапога и никак не хотела улетать, когда он пытался травинкой согнать её. Недалеко пастух пас стадо коров, которые сонно жуя, разлеглись на поле с сочной травой. Наклонившись к воде, Вова поглядывал на своё отражение…

Он находился в деревне уже четверо суток. Скучно. Ску-ко-та. Рыбалка любит тишину – приговаривал дед, как только мальчик вспоминал что-то смешное и хотел рассказать. Вовке не хватало движения, веселья, а приходилось смиренно сидеть и следить за поплавком. За эти 4 дня руки тосковали по смартфону. По чату он постоянно списывался и созванивался с одноклассником Данькой. Вместе они крушили монстров, побеждали в танковых боях, строили города, да что там города, целые цивилизации! Данька сокрушался, что их деревни находятся за сотни километров друг от друга и никак не встретиться, не погулять, не поиграть. И телефон, как назло, бабуля строго настрого запретила трогать.

С Ба не забалуешь. Её даже дед побаивается. Она была когда-то в школе директором. Её очень уважают в деревне и ни одно мероприятие не обходится без приглашения бабушки как почетной гостьи. Но, несмотря на "боевые потери" (как говорил дед про убранный телефон), Вовка бабушку с дедом очень любил. Приезжать он мог только летом на целый месяц, всё остальное время жил с мамой в городе. Ба и дед были родителями отца, которого Вовка уже и не помнил в свои двенадцать с копейками лет.

Солнце уже пекло как в печке. Стояла полуденная духота, когда во двор Ба зашла её подруга Баба Марина с двумя… близнецами? Оба до невозможности худые, смущённые, с рыжими одинаковыми конопушками на носу и щеках, с вихрастыми короткими волосами, торчащими в разные стороны, в одинаковых футболках и шортах. На вид они казались Вовке младше его и совсем одинаковыми. Это что за Рыжики? Не видел он тут таких.

Рыжики встали за спиной Бабы Марины, одинаково теребя края футболок. Вот уже точно близнецы. Двойняшки. Ба о чём-то говорила с подругой, а Вовка даже не слышал их разговора, словно залип на картинке – найдите отличия. Всё искал расхожесть. Если поначалу казалось, что они абсолютно одинаковые, то при внимательном Вовкином осмотре, а он как командир их маленького с Данькой военного отряда, умел быть внимательным и подмечать мелочи, оказалось, что отличия всё-таки имелись. Глаза у одного были зелено – серые, а у второго зелено-голубые. На правом локте у одного был шрамик, уши второго были поменьше, а первый так вообще был лопоухим. Да они совершенно разные! Чуть не хлопнул Володька себя по лбу. Вот это я молодец! Одинаковых близнецов различил! Но чего пацаны такие худые, он не понимал. Сквозь свои размышления он не сразу услышал, как Ба обратилась к нему. Что? Этих Рыжиков зовут Лена и Миша? Стоп, Лена? Это что же девчонка? А почему выглядит как мальчик. Упс, кажется кто-то сказал это вслух!

Близнецы уставились на него. Серо-зеленые глаза распахнулись как блюдца и девчонка шмыгнула носом. А мальчишка загородил её собой и насуплено посмотрел на Вовку. Неудобно получилось. Да…