Последний бал

2003 год, май

Разгоряченный майский воздух наполняли ароматы цветущих магнолий и рододендронов. Русая девушка в белом платье, что стояла на песчаном берегу, наблюдая за тонущим в воде солнцем, сделала глубокий вдох. Она желала запомнить запах соли и цветов, глядя на океан, что окрасился в красный и стал похож на банку, в которой художник промыл кисть от алой акварели. Ей хотелось запечатлеть в памяти пляж Фэрфилда – от кровавого заката и ласкового бриза до сожженных углей костров и криков суетливых чаек.

– Эй, Мелисса! Ты идешь с нами? – раздался у нее за спиной мелодичный тенор. Мелисса не обернулась. Ее взгляд был по-прежнему прикован к легким волнам, разбивающимся пеной о камни.

– Я еще побуду здесь, иди к остальным, – отрешенно, далеким голосом ответила она. Скорбь Мелиссы по городу, который ей через несколько дней предстояло покинуть, не терпела посторонних, даже таких милых как Эд. Особенно таких милых, как Эд.

– Ладно… Мы будем неподалеку, в Мертвой бухте, приходи, – неуверенно произнес Эд. Через несколько секунд Мелисса все же обернулась и проводила взглядом высокую фигуру друга. Мелисса отметила, что даже в столь жаркий день он не снял кожаной куртки. Светлые джинсы, черная косуха, кудрявые каштановые волосы. Мелисса оторвала взор от удалявшегося Эда, лишь когда его силуэт превратился в точку. Мелисса подождала, пока солнце не скроется за горизонтом, и теплый вечер не уступит прохладной ночи. С первой звездой Мелисса покинула пляж и направилась домой пешком. Она поднялась по скрипучим ступеням, с тоской глядя на стайку подвыпивших старшеклассников, что проскочили мимо нее. Веселая компания без пары дней выпускников наверняка собиралась отправиться в Мертвую бухту. Кладбище ржавых яхт и небольших брошенных судов стало излюбленным местом у молодежи. С трудом отвернувшись от учеников «Фэрфилд Хай», Мелисса продолжила восхождение в город. Поднявшись, она зябко обняла себя за плечи, жалея, что провела у воды так много времени.

– Харви! – хрипло окликнули Мелиссу. Та повернулась на знакомый голос и растянула губы в улыбке. Перед ней стоял Алекс Мэй. Одноклассник Мелиссы выглядел свежим и отдохнувшим. В потертой джинсовке и белоснежной футболке, подчеркивающей загар, Алекс казался Мелиссе похожим на героя подростковых фильмов, вроде тех, кого в восьмидесятых играл Кевин Бейкон. На его линялых джинсах и кедах с полосками местами осел бархатный песок.

– Не замерзла? – спросил Алекс. Не дав Мелиссе возможности ответить, он молниеносно снял с себя куртку и бережно накинул ее однокласснице на плечи.

– Да не стоило, – неуверенно пробормотала Мелисса, поправляя чужую джинсовку. Алекс только усмехнулся и провел пятерней по своим светлым, выгоревшим волосам. Он пнул камешек, который тут же отлетел в покосившийся некогда белый забор и срикошетил в сухостойный вереск.

– Я не могу допустить, чтобы наша отличница заболела. Ты одна повысила успеваемость всему классу, а уж мне сколько раз помогала! Мать бы мне не простила, если бы я остался на второй год… Но у тебя ни единой ошибки в чертовом тесте. – Он хитро сощурил серые глаза. – Признайся, ты гений? Вундеркинд?

Мелисса нервно рассмеялась. Впереди маячил заветный выпускной. Экзамены остались позади, а с ними и самые тревожные дни, но Мелисса беспокоилась вовсе не из-за экзаменов. Алекс оказался неправ, ведь Мелисса на самом деле совершила ошибку. Она забыла неверно решить несколько заданий, и вот теперь ее повсюду преследовали пересуды. Отличники твердили, что ее семья заплатила нехилую сумму директору, мистеру Бекеру; завистливые чирлидерши пребывали в непоколебимой уверенности в том, что Мелисса соблазнила мистера Бекера ради высшего балла. «Жаль, я тебе не могу открыться, Алекс. Правда, ты мне все равно не поверишь», – горькая мысль отравила сознание Мелиссы. Всего на секунду, на одно мгновение, Мелисса заколебалась. Быстро взяв себя в руки, она тряхнула волосами и фальшиво улыбнулась, блеснув ровными жемчужными зубами.

– Нет, я просто обычная зубрила. Моя семья твердит, что я должна быть лучшей.

Алекс вновь запустил пальцы в волосы, взъерошив их. Ветер с океана перебирал пряди Мелиссы, заставив ее откинуть шелковое полотно волос на спину.

– Почему ты не говоришь «родители»? – наконец выдал Алекс, тут же нахмурив широкие брови, словно усомнившись в своем вопросе. Однако Мелисса привыкла, что люди, как правило, интересуются ее жизнью, любопытство неискоренимо. Вот и Алекс перед выпуском сподобился поинтересоваться.

– Потому что у меня их нет. Я… меня… воспитывают дядя с тетей.

– А-а-а, – смущенно протянул Алекс. – Ты идешь в бухту?

Мелисса закусила губу. Ее ждали дома, но подчиняться правилам семьи Харви за столько лет Мелиссе порядком надоело. Ветер колюче прошелся по ее рукам, заставив волоски на коже приподняться. Мелисса вздрогнула и посмотрела вниз. У ее ног черным котом мелькнула тень. Стараясь не обращать на нее внимания, Мелисса решилась: