Последняя шутка графини

Часы были большими, массивными, в деревянном корпусе из красного дерева. Любой антиквар позавидовал бы такому великолепному образцу старой эпохи. Циферблат выполнен из бронзы, маятник висел на шелковой нити. На корпусе – великолепная фигурная композиция: очаровательная юная маркиза в богато расшитом платье, украшенном жемчугом, гладит прильнувшую к ней собачку. Часам было лет двести, но благодаря своевременному уходу и отменному качеству они ходили очень точно, отставая за год всего на минуту.

Часовая и минутная стрелки слились воедино, и часы, слегка вздрогнув, начали отбивать полночь. На последнем ударе старый дом вздохнул и ожил. По углам заметались тени, по полу зашлепали невидимые ноги. В длинных коридорах время от времени мелькали белые силуэты. Дом еще раз вздохнул. На этот раз – облегченно. Это было его время, когда он мог жить полной жизнью, не оглядываясь на тех непонятных людишек, которые его населяли. Весь день они суетились, куда-то спешили, возвращались с работы, ругались, мирились и только ночью оставляли наконец дом в покое. А ведь было время, когда и дом был моложе, и люди, жившие в нем, – степеннее и солиднее. Куда все ушло? Время несется словно оглашенное, не замечая ничего на своем пути. Меняются поколения, нравы, характеры, и только дом остается неизменным. Конечно, и в нем происходят некие неизбежные процессы: облезают стены, теряет свои качества дерево, подкапывает в подвале вода, но все это происходит не так заметно, как у людей.

Дом пошевелился, и стены чуть слышно заскрипели. Тени запрыгали быстрее. Из углов послышались вздохи и стоны. Много поколений вырастил дом. Счастливых и несчастных, умных и не очень, талантливых и никчемных. Все они имели свой характер и нрав. Они были его детьми. Его отпрысками. И всех их он любил. За исключением тех, кто населял его последние несколько лет. Этих людишек он терпеть не мог. Можно даже сказать, ненавидел! За то, что относились к нему без трепета, без уважения, с некоторой долей презрения. Они не любили его. Не любили за отсутствие современных условий, за потрескавшиеся стены, за протекающую крышу. И дом платил им тем же. Невозможно любить того, кто тобой не восхищается. Или хотя бы не уважает.

Дом снова вздохнул, и от стен отделились еще тени. Это были души тех, кто жил здесь когда-то. Кто его холил и лелеял, вкладывал в него душу. Они так и остались в доме. Не смогли расстаться с родными стенами. Дом улыбнулся, и теперь заскрипел паркет. Как приятно осознавать, что ты здесь царь и бог! А ведь эти жалкие людишки считают себя хозяевами этих стен! Как же они ошибаются… Никто, кроме самого дома, не может здесь править. Днем он молчит и ведет себя тихо, но ночь – это его стихия. Ночью дом может делать все что угодно. И это опьяняло его, давало ему чувство всемогущества и власти над человеческими судьбами. Ночь…

Дом покачнулся. Пора кончать с этими людишками! Сколько можно терпеть в своем чреве это отродье? И ведь как все просто… Ночью, когда люди тихо и мирно спят в своих кроватях, взять и сожрать их своими мощными клыками. Всех до единого. Никого не оставить. А дальше – будь что будет. Скорее всего, дом оставят в покое. Ведь он заслужил почтенную старость. Так хочется дожить свой век в воспоминаниях. Приятных воспоминаниях, где не будет суеты, шума, оскорбительных речей в его адрес. Это было бы прекрасно! Дом улыбнулся, и тени быстро-быстро заметались по его коридорам.

Анжелика вздрогнула и проснулась. Она села в кровати, прислушалась. Сердце бешено стучало в груди, будто она только что пробежала стометровку. Что за странный сон? И, самое главное, такой правдоподобный!

Где-то вдалеке глухо прозвучал один удар. Словно часы отбили час ночи. Анжелика помотала головой. Что за бред? Откуда в доме часы с боем? И тем не менее она вряд ли ошиблась. Она уже не первый раз слышит этот звон. И почему-то всегда ночью. Правда, спросонья сложно понять, во сне это происходит или наяву. Вот и сейчас она не была уверена, что этот звон ей не приснился.

Анжелика поежилась и снова залезла под одеяло. Ей было страшно. Впрочем, как и всегда по ночам. Ей почему-то казалось, что ночью все в доме оживало. И хотя она прекрасно понимала, что это всего лишь ее воспаленное воображение, страх не отпускал. Она всегда была девушкой впечатлительной, а старые дома как-никак наводят на мысли о привидениях.

«Ну вот! Нашла о чем подумать!» – разозлилась на себя Анжелика и плотно сомкнула глаза. Однако вместо того чтобы остаться с закрытыми глазами и уснуть, она снова распахнула их и с опаской огляделась по сторонам. Ей казалось, что дом наблюдает за ней. Смотрит, приглядывается…