Последняя битва

…Капитан милиции, старший следователь отдела, Иванов Александр Данилович, в сопровождении двух сержантов поднялся на смотровую площадку выборгской башни Святого Олафа. Был душный августовский день. Па́рило нещадно, но служба есть служба…

Ржавая металлическая дверь противно скрипнула, и все трое оказались на парапете с хлипкими перилами.

– Высоко… – устало выдохнул Иванов.

– И жарко, – утирая платком пот со лба, кивнул один из сержантов.

– Так па́рит, не иначе дождь будет, – согласился второй.

– Ну-с, приступим к осмотру, – немного отдышавшись, предложил капитан. – Что у нас тут?

– Смотрите, – один из милиционеров указал на лестничный пролет.

– Вижу, – отозвался капитан, – перила упали, директор музея говорила об этом…

– Ржавые, – предположил второй сержант.

– Может и так, – протянул следователь, – может, сами, а может, парни помогли…

– Нет, товарищ капитан, если бы они упали, то тела бы точно обнаружили!

– А тел и не было?!

– Нет, товарищ капитан – тел обнаружено не было. Совершенно точно.

– Точно?!

– Так точно!

– И протокол осмотра составлен по всем правилам, со свидетелями, – поддержал товарища милиционер.

– Видел я ваш протокол, – кивнул капитан, а сам, присев, стал пристально изучать перила. – Свидетели-то все из замка были?

– Так точно. Фестивальщики.

– Оно и понятно. Небось, похмельные?

– Как можно, товарищ капитан, – обиженно изрек один из сержантов, – выбрали самых трезвых.

Против воли следователь улыбнулся, искривив рот, словно от кислого-прекислого лимона. – Ишь ты, самых трезвых нашли, ну-ну…

«И то правда, – чуть остыв, подумал капитан, – не все же пьют… и курят тоже не все…»

Капитан продолжил изучать место происшествия. Сержанты стояли, плотно прижавшись спинами к каменной кладке, и с опаской поглядывали вниз. Александра Даниловича высота башни не тревожила, не было у него этой фобии, но была другая – вникать в мелочи, в крупинки.

– Кровь! – почти торжественно воскликнул он, уставившись на крохотное бурое пятнышко на самом краю карниза.

– Где? – в голос вопросили сержанты.

– Вот же. Ну, нет… совершенно точно это кровь!

Капитан присел, достал перочинный ножик и соскреб подозрительное пятнышко в пакет.

– Улика! – торжественно произнес он и убрал пакетик в карман, – экспертиза нам покажет…

– Как же мы во время осмотра пропустили, – посетовал один из сержантов.

– Вот-вот, – укоризненно покачал головой Иванов, – могли бы и повнимательнее присмотреться. Так, а это что?

Капитан встал и обратил свой взор на каменную кладку башни. Сержанты проследили за взглядом следователя.

– Как будто подпалина, – высказал догадку сержант.

– Так и есть! – ответил капитан, внимательно изучая подозрительный ожог на кладке.

Александр Данилович осторожно провел рукой по стене. Черный налет глубоко въелся в камни, в раствор, словно его подвергли длительной термической обработке.

– Как думаете, товарищи, на что это похоже?

Сержанты пожали плечами.

– Может, молния?

– Так точно, товарищ капитан, – подал голос другой милиционер, – гроза была недавно, и молнии били…

– Так-так, – следователь растопыренными пальцами принялся измерять ожог на стене, – примерно двадцать на сорок сантиметров… не много…

– Точно молния, товарищ капитан, – поддержал второй сержант, – и свидетели говорят, что молнии над самой башней били. Вот одна и угодила…

– Ты еще скажи, что и парней испепелила!

– Ну…

– Так испепелила, что и следы отсутствуют?

– Ну-у-у…

– Вот тебе и ну! Сразу троих испепелила?! – капитан извлек из чехла фотоаппарат и принялся фотографировать.

Сделав пару снимков вблизи, Иванов отступил назад.

– Отойдите, дайте места, – следователь навел на стену объектив и вдруг застыл.

Руки опустили фотоаппарат.

– Интересно… – протянул Александр Данилович.

– Что?! – в один голос спросили милиционеры, видя, как следователь уставился на кладку.

– Вы ничего не видите?

– Копоть!

– Подпалины…

Капитан мгновенно вскинул фотоаппарат и сделал подряд три или четыре снимка.

– А ну-ка с моего места посмотрите!

Они поменялись местами, аккуратно разойдясь на тесном пространстве смотровой площадки.